25/08/2017
Режиссер Никита Михалков покидает попечительский совет Фонда кино. По его словам, к уходу его подтолкнула безответственность руководства Фонда, из-за плохой работы которого выходят ничего не значащие или непонятно кому нужные картины.
Комментарий Алексея Макаркина:
Любопытен сам факт того, что глава Союза кинематографистов оказался в меньшинстве в вопросах, связанных с кинематографией, однако происходящее с Фондом кино можно рассматривать и шире - как часть подготовки к новому сроку президента, попытку власти определиться, как позиционировать себя на четвертый президентский срок, пытаться ли остаться в глобальном мире или пробовать создать свою альтернативу ему.
Если говорить о попытке примириться с Западом, то непонятно, какая здесь может быть положительная повестка, о чем договариваться. Запад готов серьезно разговаривать с Россией, допустим, по Сирии - потому что там уже не говорить с Россией невозможно и, кроме того, там есть повестка. Она такова: Россия не хочет втягиваться в этот конфликт до афганских пределов. Вот этот достаточно прагматичный фактор ведет к тому, что можно говорить о «зонах безопасности» и так далее. Но в целом за последнее время отношения России с Западом ухудшились.
Надежда на то, что с приходом Трампа что-то изменится, быстро рассеялись, хотя их было много. Про Марин Ле Пен тоже уже почти забыли, хотя она была одной из героинь нашего телевидения в прошлом году. Более того, в Соединенных Штатах был принят закон о санкциях в отношении России, и президент Трамп был вынужден, хотя и без всякой охоты, его подписать.
На Западе есть люди, которые хотели бы договориться с Россией, и их не так мало. Но в целом западные правящие классы рассматривают Россию как угрозу. Разрешить украинский конфликт сейчас, на мой взгляд, невозможно, да и в обозримом будущем это получится вряд ли. Можно попробовать его как-то «подморозить», и вот сейчас делается очередная попытка с перемирием - но все предыдущие попытки проваливались. Проблема в том, что нет стратегии, которая могла бы обеспечить договоренность.
Плюс есть воспоминания о 1980-х годах - слово «перестройка», фамилия Горбачева, который договорился с Западом, воспринимаются в российском обществе и российской элите негативно. Вообще любые слова о том, что надо договариваться, вызывают в памяти этот образ и это время, когда попытались договориться - и в результате страна распалась, социализм рухнул. Поэтому когда звучат аргументы «Серебренникова нельзя арестовывать, потому что современная культура - это «окно на Запад»!», то следуют аргументы «А зачем нам это, и так ведь не договоримся!».
В то же время сохранение конфликта с Западом - это, наверно, проблема, которая носит еще более серьезный характер. Вот это сохранение конфликта, самоизоляция, державничество и все такие идеи сталкиваются с проблемой, которую, кстати, сформулировал Медведев: «Денег нет, но вы держитесь!». То есть такую политику можно проводить в условиях 1970-х годов, когда идет нефтяной бум и у государства есть деньги и на строительство Байкало-Амурской магистрали, и на войну в Афганистане, и на противостояние с Америкой, и на противостояние с Китаем, да еще и собственных граждан хватает! Те получают новые квартиры и возможность съездить в пансионат. Вот в такой период можно проводить державническую политику.
И то, если мы вспомним, у СССР была целая система союзников: был Варшавский договор, Совет экономической взаимопомощи; были симпатии к СССР в Движении неприсоединения - у целого ряда стран, которые входили в это движение. Сейчас ситуация выглядит совершенно иначе, и такая изоляция вкупе с самоизоляцией сейчас куда более опасны и рискованны.
Сейчас у государства меньше ресурсов: страну на поверхности сейчас держит несколько факторов, в том числе - гибкость рыночной экономики, той самой, которую державники очень любят ругать (хотя многие из них сами неплохо адаптировались и используют ее возможности). Так что мы держимся - даже при явном недостатке средств. Но держаться до бесконечности невозможно, а общество к мобилизации сталинского типа сейчас не готово. Общество хотело бы, чтобы страна была великой, но и в то же время чтобы сами люди как-то сводили концы с концами. Поэтому вполне очевидны риски этого варианта - попытки мобилизации в условиях уже совсем другого общества, чем в середине ХХ века. Тут, как говорится, резьбу может сорвать.
Ну и, кроме того, даже те представители элит, которые выступают за мобилизацию, сами мало напоминают аскетичных сталинских наркомов - типаж, хорошо описанный у Александра Бека в «Новом назначении». А Никита Михалков очень мало напоминает героя «Утомленных солнцем» комдива Котова. Это все - тоже элита, которая живет по правилам российской элиты, и совершенно не собирается себя самоограничивать.
Так что здесь тоже возникает проблема. И мечты значительной части россиян о Сталине в значительной степени являются протестом против элиты - причем против всей, люди особенно не различают «западников» и державников. Тем более что если на уровне риторики различия у них заметны, то к принципу аскетизма они относятся примерно одинаково отрицательно. Поэтому раздражение вызывают все элиты.
И, наверно, такие события будут продолжаться - как мобилизация и попытки договориться. Не думаю, что какая-то из этих линий окончательно восторжествует: как мы видим, у них обеих есть уязвимые места. Выражаться все это будет в самых разных событиях, в том числе в культурной и общественной сфере. Могут, например, обрезать финансирование «Ночным волкам», которые являются частью противостояния и подчеркивают свое державничество. В то же время президент уже через несколько дней может общаться с «Ночными волками», показывая им свое благорасположение.
Как мы видим, могут и Серебренникова арестовать - вот и возник прецедент ареста знаменитого режиссера. Но в то же время в руководство Фонда кино может войти персона, неприемлемая для державников. Все это накладывается, как я уже сказал, в аппаратную конкуренцию перед 2018 годом. Но 2018 год вряд ли станет годом полной победы одного из этих вариантов развития. Скорее, будет попытка выстроить какой-то баланс между ними, хотя и с чьим-то преимуществом. Вот как раз за это сейчас и ведется борьба - и на профессиональном уровне, и на идейном.
Так что даже не столько сам Михалков тут интересен, сколько контекст. И то, что подобные события могут продолжаться. На ком-нибудь опять придется делать выбор, причем в еще менее благоприятной общественной обстановке. Это тоже необходимо учитывать.
Почти ни у кого не вызывает сомнений, что очередной бунт во Франции, вспыхнувший за полгода до непростых президентских выборов, окажет на их ход и результат какое-то воздействие. И не в последнюю очередь потому, что если не все, то многие кандидаты и силы, за ними стоящие, в том или ином смысле имеют отношение к происходящему на улицах. Вопрос лишь в том, кто окажется в выигрыше.
Комментарий Алексея Макаркина:
- Прежде чем говорить о том, кому это может быть выгодно, нужно отметить вот что. Все аналогии, конечно, очень условны, но у этой ситуации есть аналогия – знаменитый 1968 год. Она, конечно, двойственная, но она есть. Это были знаменитые выступления, когда студенты захватывали Парижский университет, были баррикады в Латинском квартале. До сих пор 1968 год – это символ порыва к свободе. Кстати, действительно, серьезно изменившего затем западное общество, когда эти студенты пришли в политику, в том числе, но, главное, эти студенты и им сочувствующие стали уже где-то к восьмидесятым годам частью французского среднего класса. Но это было потом, когда бывшие студенты стали менеджерами, коммерсантами, учителями. И это все оказало влияние и на Францию, и на другие страны Запада. →
Сепаратистская Квебекская партия, выигравшая выборы в Национальное собрание Квебека, не будет формировать процесс подготовки к референдуму о выходе франкоязычной провинции из состава Канады, считает первый вице-президент Фонда «Центр политических технологий» Алексей Макаркин.
Комментарий Алексея Макаркина:«Если дожидаться ухода Трампа, то тогда было бы логично задаться вопросом - насколько изменятся настроения к этому времени в самом Квебеке в сторону реального отделения. Поэтому, сейчас для сепаратистов все их заявления по референдуму - риторика, и возникает вопрос - насколько серьезно они собираются его проводить», - сказал Макаркин. →
Индия выступила с новой инициативой по урегулированию конфликта на Украине. Мирный план включает прекращение атак на энергетическую инфраструктуру, обеспечение безопасности в Черном море, а также урегулирование вопросов по экспорту зерна и энергоносителей. О том, с чем связана активизации Индии на переговорном треке, и есть ли перспективы у предложения Нью-Дели, читайте – в материале «ФедералПресс».
Комментарий Алексея Макаркина:Индия проводит осторожную внешнюю политику, подчеркнул в беседе с «ФедералПресс» заместитель директора «Центра политических технологий» Алексей Макаркин. По его словам, новая инициатива по урегулированию конфликта связана с желанием Индии повысить свою роль мире. Политолог считает, что Индия хочет строить многополярный мир со своим полноправным участием, а для этого необходимо заявлять внешнеполитические инициативы. →
ОС прочили победу, но не со столь мощным результатом в 35,2% голосов. Это рекорд за всю современную латвийскую историю. Впрочем, премьеры от партии «Новое Единство» находились у власти довольно долго – в 2019-2026 годах: Кришьянис Кариньш (2019-2023 годы) и Эвика Силиня (2023-2026). Но столь длительное пребывание у власти привело к сильному моральному износу и падению популярности «Нового Единства», которое на нынешних выборах получило лишь 6% голосов. Еще одной коалиционной партии, «Союз зеленых и крестьян» (СЗК), повезло еще меньше – она набрала менее 5% и не будет представлена в парламенте.
Комментарий Алексея Макаркина:Русскоязычные избиратели находятся в состоянии апатии, что сказалось на явке – она составила 51,8% (в 2022 году – 59,4%). И часть «русского» электората перехватила популистская «Латвия на первом месте» ветерана латвийской политики Айнарса Шлесерса, который сейчас позиционирует себя как латвийский трампист. Она на втором месте с 13% голосов. →
Какой бы смысл ни вкладывал Папа Лев IV в свой апостольский визит во Францию, сторонники и противники президента Эммануэля Макрона и в Париже, и в Брюсселе довольно жестко вписали его речи в свою политическую повестку. Естественно, все находили в сказанном понтификом для себя либо своих политических кампаний некую поддержку свыше, однако большего внимания, наверное, заслуживает здесь Макрон как радушный хозяин, как отчасти виновник торжества, и его разношерстные друзья.
Комментарий Алексея Макаркина:– Ну, может быть, соломинка. А может быть, речь идет вот о чем, если уж подходить рационально. Речь может идти о первом туре. Наблюдатели сейчас обращают внимание в основном на второй тур, но есть интрига первого тура. Интрига в том, что, с одной стороны, точно выходит во второй тур представитель «Национального объединения», вне зависимости от того, разрешат ли Ле Пен продолжать участвовать или нет, но в любом случае представитель «Объединения» выходит. И, скорее всего, все-таки это будет Марин Ле Пен. Но кто против? →
Власти обратились к молодым ученым за помощью в разработке образа будущего. 120 политологов, философов, культурологов и других специалистов отправились в пятидневную социально-гуманитарную экспедицию «Дигория» по Волге на теплоходе «Лебединое озеро».
Комментарий Ростислава Туровского:
Создание новых комитетов, отражающих стратегические потребности и ориентиры государства, будет совершенно логичным, считает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский. При этом распределение руководящих постов – это еще и тонкий вопрос политических балансов, добавляет он: «Но как раз для новых стратегических направлений логично ожидать, что «Единая Россия» возьмет их на себя, а для будущего главы комитета это шанс укрепить политические позиции». →
На первом заседании Госдумы более полусотни участников СВО стали самыми заметными депутатами благодаря погонам и орденам. Наибольшее их количество находится в рядах «Единой России», 50 человек, – это седьмая часть фракции. До начала избирательной кампании, в ее ходе и при подведении итогов власти каждый раз указывали на важность формирования «ветеранской элиты». Президент РФ в выступлении на Охотном Ряду 30 сентября обозначил ее роль в укреплении депутатского корпуса, но не сказал ни о чем конкретном. И хотя не исключено, что дальше предвыборного пиара ЕР дело уже не пойдет, вполне можно предположить и иной вариант. Например, неформальной группе героев СВО как минимум дадут право на «солдатские инициативы» по аналогии с прежними «просьбами трудящихся».
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин напомнил «НГ», что раз большинство ветеранов входит именно в ЕР, то разделять правящую фракцию ради неформального объединения ветеранов никто не будет. При этом, по его мнению, нынешний созыв для таких депутатов скорее тренировочная площадка. Недаром большинство глав комитетов – это именно опытные политики, а не ветераны. «Судя по всему, глобальных перемен не будет. Смена элиты происходит постепенно, это не революционный процесс, а эволюционный», – подчеркнул Макаркин. По его словам, ветераны будут соавторами многих законопроектов, а главными инициаторами – тех, что касаются социальной поддержки пришедших с фронта участников СВО. «Продвигать очередные ужесточения от лица ветеранов СВО – это в нынешней системе слишком сложная конструкция и к тому же и излишняя», – заметил он. →
Анализ информресурсов КПРФ показывает, что в партии сейчас проводится кампания недовольства результатами прошедших выборов. И если в ЦК говорят в целом о сомнении по поводу их честности, то на местах выражаются откровеннее. Правда, публикация особых мнений членов избиркомов, подготовка судебных исков или анонсы возможных протестных акций все равно выглядят отработкой положенного номера. Пока федеральная верхушка не примет того или иного политического решения, обкомы продолжат отрицать провалы. Но когда руководство КПРФ все-таки смирится с ситуацией, реготделения вдруг поймут, что ослабление партии в первую очередь ударило именно по ним.
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин напомнил «НГ», что КПРФ – это партия идеологическая, и в отличие от партий – электоральных машин там не могут контролировать всех своих членов. Поэтому недовольство с мест прорывается и в официальные информресурсы КПРФ: значительная часть актива хотела бы иметь более энергичное руководство, более активную протестную кампанию и более жесткое отстаивание своих. Однако, уверен он, на федеральном уровне ничего менять не будут: «Задачу-минимум коммунисты выполнили – сохранили второе место в парламенте с отрывом от третьего. И сейчас все озабочены дележкой мест в Госдуме. Руководство партии идет по пути минимизации политических рисков». →
Избранный депутатом Госдумы Виталий Савельев покинул пост вице-премьера - соответствующий указ подписал президент. В нижней палате его выдвигают на должность вице-спикера. Кадровая перестановка произошла стремительно, всего за несколько дней.
Комментарий Ростислава Туровского:Переход вице-премьера в Госдуму на пост вице-спикера - практика для российского политического ландшафта не новая. Вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский отмечает, что такой сценарий «является ожидаемым, это соответствует его политическому статусу». Эксперт напоминает: «Так уже было недавно после избрания в Госдуму бывшего вице-премьера Виктории Абрамченко». →
По случаю недели наиболее активной работы сессии Генассамблеи ООН вырос интерес к ООН в целом и оживились дискуссии по поводу ее реформирования. Заговорили вновь и о расширении Совета Безопасности, в который входят пять постоянных членов – США, КНР, Великобритания, Франция, РФ - и десять непостоянных, избираемых на два года. Четыре страны, желающие стать постоянными членами СБ, обладающими особыми правами, в этот раз даже выступили с совместным заявлением. Это Индия, Бразилия и притаившиеся в их тени Япония и Германия. И заявление это, надо признать, внесло в дискуссию, которой не один десяток лет, некоторое оживление.
Комментарий Алексея Макаркина:Поэтому, думаю, в обозримой перспективе сохранится статус-кво. Он критикуем, но по изменениям очень трудно найти какой-то консенсус. Думали, что это возможно в девяностые годы, но и то не смогли, хотя тогда и у России были другие отношения с Западом, она сближалась с ним, и у Китая тогда еще не было такой экономической и военной мощи, как сейчас. Но даже тогда договориться не удалось. Ни по Германии, ни по Японии, ни по Индии. Так что сейчас, тем более в нынешней ситуации противостояния Запада и России и усиления роли Китая, скорее всего, будет статус-кво. →
