20/02/2018
СМИ сообщают об обострении обстановки в Сирии, о некоторых технических новшествах на сирийских базах РФ, вводящихся в связи с недавней атакой дронов на российские военные объеты, а также неофициально - о возможной замене командующего российской группировкой в Сирии.
Комментарий Алексея Макаркина:
В Сирии происходит достаточно сложный процесс. С одной стороны, понятно, что война продолжается. Да, было объявлено о том, что она завершена и российские войска уходят. Но наделе все еще не закончено, причем не закончено на официальном уровне.
Решить проблему путем только частных военных компаний при какой-то минимальной поддержке, наверное, не удается. Это во-первых. Во-вторых, очевидно, что борьба сейчас в Сирии идет не против ИГИЛ, запрещенной в России. ИГИЛ как силы, которая контролировала бы значительные территории в Сирии, уже не существует. Эта организация еще есть в подполье, возможны рецидивы (и опасные), но территории она больше не контролирует.
Борьба идет за контроль над территорией страны. И здесь произошла очень важная вещь - впервые произошло столкновение России и США. Правда, оно произошло в том формате, который не предусматривает каких-то необратимых последствий, но оно произошло. И то, что случилось, выявило целый большой комплекс проблем. В частности, проблему координации между официальными и неофициальными структурами.
Потому что, насколько можно судить по поступающим сообщениям (а их сейчас довольно много), когда условные «вагнеровцы» пошли в наступление, они были уверены, что им окажут воздушную поддержку. И объяснение военных, что на деле это было наступление против «спящей ячейки» ИГИЛ, эту поддержку легитимизировало. Раз это ИГИЛ, то по ней можно наносить удар с воздуха.
Но этой поддержки не последовало. Почему это случилось и как — это вопросы, ответы на которые мы узнаем разве что когда-нибудь потом из воспоминаний участников. Но в любом случае стало ясно, что проблема координации вышла на первый план и поставила вопрос о смене командования.
Есть и еще одна проблема: если даже мы абстрагируемся от того, что происходит на востоке Сирии, то есть еще север. Там ситуация носит запутанный характер: там турки решают свою извечную задачу - стараются не допустить создания курдской автономии; они пытаются создать «зону безопасности»; а курды там обращаются за поддержкой к Асаду - потому что для них, конечно, зло, но меньшее зло, чем турки. И уже идут разговоры о том, что, может, стоит обменять пресловутый завод под Дер-эз-зором, на который шло наступление, на такую поддержку. Но при этом общая проблема Сирии (как и многих других стран в случае подобных конфликтов) - в том, что никто никому не доверяет.
Турция заинтересована в том, чтобы Асад заместил собой курдские формирования. На этих условиях Турция готова закрыть глаза на вхождение Асада в Африн. В свою очередь курды заинтересованы в том, чтобы Асад им помогал, и чтобы его формирования боролись с турками вместе с курдами (либо хотя бы выполняли стабилизирующую роль, не позволяли туркам идти дальше). Как совместить эти позиции, пока неясно. Наверно, можно провести в Африне некие разделительные линии - но это тоже очень сложная задача, которая не может быть решена без участия российского командования (а оно, как мы знаем, поддерживает Асада). Возможно, это вторая причина того, почему встал вопрос о замене командования, так как придется решать не только военные задачи.
Ну и плюс - есть вопрос о том конгрессе, который был в Сочи и на который большая часть сирийской оппозиции не приехала. Он показал, что война будет продолжаться. Есть один из пригородов Дамаска (он называется Восточная Гута) - там сейчас возобновляются бои. Совершенно не решена проблема Идлиба, где есть огромное количество разных интересов - и протурецких оппозиционеров, и других представителей оппозиции, и Асада, и России, и Ирана, да кого угодно!
То есть, вот какой существует комплекс проблем, и вряд ли он будет решен в какой-то обозримой перспективе. Потому что, как мы видим, военного решения проблемы добиться очень сложно, есть масса препятствий. Плюс есть масса интересов, из-за которых стороны сегодня враждуют, завтра пытаются договориться, послезавтра снова враждуют. То есть тут нет такой жесткой схемы «мы - они». Так что заявления о том, что война закончена, оказались явно преждевременными.
Так что, может, будут какие-то переброски отдельных воинских частей (разумеется, контрактников), но не очень много. Потому что вовлечение в широкомасштабную войну, столь похожую на афганскую, - сейчас тема, на мой взгляд, для российской власти невыгодная. Это запредельно рискованно по целому ряду причин: там и американский фактор, и возможные потери, и так далее. Поэтому, наверное, будут попытки решить хотя бы часть этих проблем с теми силами и средствами, которые есть. Возможно, с некоторым усилением.
Но тут главное - какая именно задача ставится, а она же официально не объявляется. В этом еще сложность - в том, чего мы хотим. Если мы хотим спасти Асада, то эта задача решена, но в случае ухода России она снова может встать на повестку дня. Если мы хотим помочь Асаду восстановить контроль над территорией страны, то, как мы видим, уже при первых попытках решить эту задачу, мы сталкиваемся с огромными проблемами. А если есть задача (возможно, более реалистичная) принудить оппозицию к уступкам, вынудить ее пойти на компромисс на условиях Асада, то, как мы видим сейчас, эту задачу тоже решить крайне сложно. Идет постоянное столкновение с интересами разных группировок и других стран.
Фактически, речь идет о разделе Сирии на сферы влияния. Попытка пересмотра этого раздела влечет за собой вполне очевидные последствия, мы их наблюдали. А если подключить сюда регулярные войска, то это уже ситуация практически как на Балканах и балансирование на грани большой войны - чего, опять-таки, никто не хочет.
Поэтому и получается, что здесь проблема - в целеполагании, в том, чего конкретно хотят. Потому что если раньше официально декларировалось, что цель — это борьба с ИГИЛ, то сейчас с целями, и с официально декларируемыми, и с реальными, довольно большие проблемы.
Дональд Трамп пригрозил Ирану новыми ударами - глава Белого дома заявил, что США возобновят атаки, если ему не понравится, как Тегеран будет соблюдать договоренности. 15 июня США и Иран объявили о достижении мирного соглашения. По данным СМИ, меморандум о взаимопонимании состоит из 14 пунктов и будет подписан уже 19 июня.
Комментарий Алексея Макаркина:
Вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин в беседе с «Москвой 24» также подчеркнул, что устойчивость соглашения между США и Ираном остается под вопросом. →
Выборы в Государственную думу официально назначены – соответствующий указ подписал президент России Владимир Путин. Голосование пройдет 20 сентября 2026 года и фактически запускает крупнейшую политическую кампанию ближайших лет.
Комментарий Алексея Макаркина:Как отметил политолог, первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин, реальная борьба начинается после старта официальной кампании. →
Прошедшие совместные учения Сербии и НАТО укладываются в рамки многовекторной политики Белграда и кардинально не изменят его отношения с Москвой, однако в долгосрочной перспективе сербским властям все же придется сделать геополитический выбор. Такую оценку перспективам взаимодействия двух стран дал ведущий эксперт Центра политических технологий, политолог Алексей Макаркин в беседе с Рамблером. По мнению аналитика, сербское руководство продолжит балансировать между Россией и Западом до тех пор, пока Европейский союз не обозначит конкретные и гарантированные сроки интеграции республики.
Комментарий Алексея Макаркина:«Официально магистральным курсом Сербии является вступление в Европейский Союз... Сейчас начались переговоры с Украиной, с Молдовой. Ну, для Сербии – это такой дополнительный стимул напомнить, что, вообще-то, они в очереди раньше были. И что если как-то ускорять переговоры с Украиной, то, соответственно, надо ускорять переговоры и с Сербией. Именно такой логики придерживаются и будут придерживаться сербские власти». →
Несмотря на то, что соглашение между США и Ираном может быть действительно оформлено в Швейцарии 19 июня, его устойчивость остается под вопросом. Об этом Москве 24 рассказал первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин, выделив три ключевых риска, способных повлиять на будущее сделки.
Комментарий Алексея Макаркина:Во-первых, это фактор Израиля. По оценке эксперта, Тель-Авив рассматривает возможную сделку как крайне невыгодную и воспринимает происходящее как уступки со стороны Вашингтона и Тегерана. При этом Израиль сохраняет собственную стратегию в отношении Ирана и не считает себя связанным внешними договоренностями. →
Следующая неделя для России пройдет в логике внешнеполитического маневра и внутренних экономических решений. В Казани Москва будет укреплять связи с АСЕАН, тогда как на саммите G7 без участия России западные страны вновь попробуют согласовать общий подход к санкциям. Внутри страны главным событием станет заседание Банка России по ключевой ставке: бизнес ждет более дешевых денег, но ЦБ по-прежнему будет выбирать между поддержкой экономики и борьбой с инфляционными рисками. О контурах событий будущего – в рубрике «ФедералПресс» «Смыслы недели».
Комментарий Алексея Макаркина:«Юго-Восточная Азия всегда была интересна России. Если мы посмотрим на историю: когда ушла советская идеология, в период СССР были связи с одними странами и проблемы с другими. Например, поддерживали Кампучию (нынешнюю Камбоджу), а в 90-е годы осложнялись отношения с Таиландом. Сейчас этого нет – отношения стали сугубо прагматичными. →
В общефедеральную часть списка «Единой России» на выборах в Госдуму с большой вероятностью могут войти министр иностранных дел Сергей Лавров, мэр Москвы Сергей Собянин, участница спецоперации фельдшер Людмила Болилая, участник спецоперации Владислав Головин и военкор Евгений Поддубный. Об этом «Ведомостям» сказали два собеседника, близких к администрации президента (АП), и источник, участвующий в обсуждении списка.
Комментарий Ростислава Туровского:
Общефедеральная часть списка партии призвана отразить ключевую повестку кампании и обозначить работу с целевыми аудиториями, сказал вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: «Если судить по этому варианту [кандидатов], то повестка будет в первую очередь патриотической». →
КПРФ не будет выдвигать экс-депутата Госдумы Валерия Рашкина на выборы в нижнюю палату в 2026 г. По словам собеседника, близкого к компартии, согласовать выдвижение политика ни в округе, ни в списке не удалось. Это подтвердил еще один собеседник, близкий к КПРФ.
Комментарий Ростислава Туровского:Рашкин не раз засвечивался в Иркутской области, помогая Левченко, так что в его выдвижении мог быть некоторый смысл, отмечал вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский. Но шансов на победу экс-депутата эксперт не видел. →
Политолог Алексей Макаркин прокомментировал инициативу американского президента Дональда Трампа сделать посредником в переговорах между Россией и Украиной греко-православного патриарха Иерусалима Феофила III.
Комментарий Алексея Макаркина:Эксперт Макаркин в беседе с интернет-изданием «Подмосковье сегодня» объяснил, что у Трампа не продуманный план, а желание отстраниться. →
На этой неделе во Франции неожиданное продолжение получила история с бывшим руководителем RT France Ксенией Федоровой, которую неделей ранее начали травить русская служба французской радиостанции RFI и брюссельское издание Politico. Журналистка уже как минимум год работает на радиостанции Europe1и телеканале CNews, но именно теперь внимание к ней внезапно усилилось. И вот на днях последовало нечто противоречащее практике таких кампаний. Довольно неожиданно Арно Лагардер – глава медиагруппы Lagardère, в которую входит Europe 1 и Жеральд-Брис Вире – программный директор CNews, весьма жестко высказались в ее защиту.
Комментарий Алексея Макаркина:- Это борьбе за себя, за холдинг? Или правые вдруг решили включить борьбу с отменой России в свою программу? →
США обсуждают возможность размещения ядерного оружия в дополнительных странах НАТО в Европе. Об этом пишет Financial Times со ссылкой на источники.
Комментарий Алексея Макаркина:Ранее историк, первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин в интервью Ura.ru заявил, что в мире выросли риски применения ядерного оружия из-за разрушения системы ядерного сдерживания. →
