09/07/2024
Итоги второго тура парламентских выборов во Франции многих удивили – по сравнению с первым туром кардинально сменился лидер, и вместо правой партии Марин Ле Пен победу одержал левый альянс. Однако сенсацией это назвать сложно: учитывая особенности мажоритарной двухтуровой системы, это был один из возможных вариантов. Победитель первого тура может потерпеть неудачу во втором, если против него объединяются основные соперники. Ставка Эмманюэля Макрона на мобилизацию во втором туре левых и умеренных избирателей оправдалась, считает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. Но теперь стоит сложный вопрос о формировании нового правительства.
Комментарий Алексея Макаркина:
По итогам второго тура парламентских выборов во Франции «Национальное объединение» Марин Ле Пен оказалось на третьем месте, а сторонники президента Эмманюэля Макрона получили больше мандатов, чем ожидалось, заняв второе место после альянса левых партий «Новый народный фронт», и их поражение не стало разгромным.
Правда, центристская партия Макрона потеряла около сотни мест в Национальном собрании, что вызывает понятное недовольство людей, которые рассчитывали эти места занимать до 2027 года – года очередных парламентских выборов. Теперь Макрону придется объясняться с собственной партией, так как решение о досрочных выборах он принял единолично.
Сторонники «Национального объединения», лидировавшего после первого тура, теперь говорят о несправедливости мажоритарной системы. Если бы выборы проходили по пропорциональной системе, то расстановка сил в первой тройке действительно была бы иной: на первом месте были бы сторонники Ле Пен, на втором – «Новый народный фронт», а макроновцы – лишь на третьем. Но шансов на получение абсолютного большинства, которого добивалось «Национальное объединение», у них и в этом случае не было.
Абсолютное большинство для них было возможно только в одном случае – если бы в условиях мажоритарной системы народофронтовцы и макроновцы зачем-то вступили бы в непримиримую борьбу друг с другом. Но в политике такие услуги главным конкурентам никто не оказывает. Так что при любой избирательной системе Францию ожидал «подвешенный» парламент, в котором абсолютного большинства нет ни у кого.
Большинство и меньшинство
Наличие «подвешенного» парламента может привести к длительным коалиционным переговорам. В их рамках могут быть предприняты попытки создания широкой политической коалиции или «технического» кабинета из специалистов. Однако такого опыта в президентской Пятой республике, созданной Шарлем де Голлем в 1958 году, не было – французские политики не привыкли к выстраиванию сложных (и нестабильных) коалиций, свойственных парламентским Третьей и Четвертой республикам. Зато привыкли к тому, что большинство министров являются политиками, и лишь отдельные члены кабинета могут быть технократами или дипломатами.
Но есть и третий путь, который как раз имел место в Третьей республике, – правительство меньшинства. Желание избежать политической нестабильности привело к тому, что главный «конструктор» Пятой республики, ближайший соратник де Голля Мишель Дебре предложил схему, согласно которой президент назначает премьера без голосования по его кандидатуре в парламенте, поэтому в состав кабинета могут войти представители политических сил, у которых нет большинства в парламенте.
В то же время правительство все же должно опираться на большинство депутатов, без которого оно не может проводить законы через Национальное собрание. Как выйти из такой ситуации? Для этого в Конституции есть статья 49.3, согласно которой правительство может не ставить на голосование непопулярный законопроект. Но в этом случае ставится вопрос о вынесении вотума недоверия правительству, и если он проходит, кабинет министров уходит в отставку, но и парламент досрочно распускается и назначаются новые выборы. Если же вотум недоверия проваливается, закон считается принятым.
Хитрость заключается в том, что для голосования за законопроект надо обязательно набрать большинство голосов, а это значит, что любой депутат, воздержавшийся или вообще не голосовавший, может способствовать провалу документа, когда каждый голос на счету. Любой же депутат, в той или иной форме не поддержавший вотум недоверия, на деле выступает за сохранение правительства. А таких депутатов, которые не хотят связывать себя с непопулярным законопроектом, может быть немало. Одни из них поддерживают кабинет по большинству вопросов, которые носят популярный или нейтральный характер (а такие в парламентской практике обычно преобладают). Другие держатся за свои кресла, так как не уверены в собственном переизбрании или у них нет средств на досрочную кампанию.
Так что правительство меньшинства может существовать достаточно устойчиво, хотя и не очень комфортно. В 1988-1991 годах так действовал кабинет социалиста Мишеля Рокара, когда у правящей коалиции было только 47,7% мест в парламенте, причем некоторые из этих депутатов не всегда были лояльны премьеру, но на помощь кабинету пришла группа депутатов-правоцентристов. Некоторые из них даже вошли в состав правительства на индивидуальной основе, но стабильного большинства для принятия всех законов все равно не было, поэтому Рокар использовал статью 49.3 за три года 28 раз и выдержал пять попыток вотумов недоверия.
С 2022 года, когда у блока Макрона уже не было большинства (у него было около 43% мест в парламенте), президент договорился с «Республиканцами», чтобы те не «валили» правительство. Всего правительство Элизабет Борн (2022-2024 годы) использовало спасительную статью 23 раза, а число попыток вотумов недоверия равнялось 28. Самая опасная ситуация для кабинета была в 2023 году, когда Марин Ле Пен и Жан-Люк Меланшон ситуативно объединились, чтобы вынести вотум недоверия после повышения пенсионного возраста – для успеха им не хватило всего девяти голосов.
Вообще в истории Пятой республики вотум недоверия прошел только один раз – в 1962 году. Тогда де Голль распустил парламент и выиграл досрочные выборы.
А что сейчас?
Макрон в любом случае остается ведущим игроком в политическом процессе и будет играть важную роль в переговорах – и как президент с большими конституционными полномочиями, и как политик, контролирующий вторую по численности парламентскую фракцию. Он не превратился в «хромую утку», как это было бы в случае получения «Национальным объединением» абсолютного большинства.
Леворадикал Жан-Люк Меланшон уже заявил, что не пойдет на коалицию с блоком Макрона. Но это его частное мнение, а не позиция всего «Нового народного фронта», в котором у меланшоновской «Непокоренной Франции» 74 мандата из 182. У социалистов и экологов на двоих 87 мандатов. Еще девять мандатов у коммунистов и 12 – у более мелких политических сил. Меланшон претендует на то, чтобы «Фронт» отстаивал перед президентом его кандидатуру в премьеры, но лидеры других партий относятся к этому скептически. Опрос, проведенный компанией Opinion Way до выборов, показал, что в случае победы «Нового народного фронта» французы предпочли бы премьер-министра-социалиста (44%), а не представителя «Непокоренной Франции» (25%).
Вот здесь и могут появиться возможности для создания правительства меньшинства, возглавляемого умеренным левым политиком, к которому могут присоединиться макроновцы. «Непокоренная Франция» и коммунисты в этом случае могут остаться за пределами правительства. А дополнительную поддержку извне кабинет может теоретически получить от части фракции «Республиканцы». Арифметически такой расклад может обеспечить правительству существование. Тем более что леворадикальному Меланшону будет максимально трудно договориться о совместных действиях с правой партией Марин Ле Пен, если речь не идет о мощном раздражителе вроде повышения пенсионного возраста.
Но для такого проекта есть важный ограничитель. «Новый народный фронт» требует проведения радикальной смены политики по сравнению с проводящейся Макроном. Речь идет не просто об отмене повышения пенсионного возраста, введенного при Макроне (с 62 до 64 лет), но и о его снижении до 60 лет. Кроме того, левые уже подняли вопрос о повышении налогов и о многом другом, включая любимую идею Меланшона о переходе от Пятой к Шестой республике с ограничением полномочий президента и отменой вышеупомянутой статьи 49.3 как антидемократической. Есть прагматичная (иногда до цинизма) парламентская арифметика, а есть политология, которая в том числе изучает общественные эмоции и предупреждает, что избиратели не прощают предательства и наказывают за обман на ближайших выборах.
Поэтому французским политикам для формирования правительства придется не только делить портфели, но и выработать программу его действий, которая была бы приемлема для большинства избирателей, голосовавших за «Новый народный фронт», и не оттолкнула бы макроновцев – а это задача чрезвычайно сложная. Если же найти приемлемый вариант не удастся, то Франция может столкнуться с затяжным политическим кризисом.
Александр Сырский официально уволен с поста главнокомандующего ВСУ, а на его место назначен Михаил Драпатый. Ранее свою должность покинул глава Минобороны страны Михаил Федоров. Как это повлияет на боевые действия и указывает ли происходящее на раскол в Киеве – в материале Москвы 24.
Комментарий Алексея Макаркина:
По словам первого вице-президента Центра политических технологий Алексея Макаркина, увольнение Сырского для Зеленского – сильный удар по политическим позициям. Глава Украины явно не хотел этой отставки, но не в первый раз вынужден уступать под давлением. →
Президент Владимир Путин 27 июля встретится в Кремле с депутатами Госдумы. Об этом «Ведомостям» сказали четверо депутатов.
Комментарий Ростислава Туровского:
Встреча депутатов с президентом будет иметь важное символическое значение, согласен и вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: «Все-таки речь идет о завершении работы созыва, в связи с чем можно ожидать, что глава государства продемонстрирует поддержку деятельности восьмого созыва Госдумы и тех приоритетов, которые были для него характерны. Можно ожидать, что эти приоритеты будут вновь сформулированы, а также намечены для работы последующего созыва». Очевидно также, что и «Единая Россия», и председатель Госдумы постараются использовать встречу, чтобы подчеркнуть в публичной сфере правильность выбранного ими курса в парламентской политике и связь этого курса с позицией президента страны, добавляет он. →
Возможная поездка директора ФБР Кэша Пателя в Россию может совмещать как профессиональные задачи спецслужб, так и личные политические интересы президента США Дональда Трампа. Такую точку зрения в разговоре с «Рамблером» высказал первый вице-президент Центра политических технологий, политолог Алексей Макаркин.
Комментарий Алексея Макаркина:По мнению аналитика, утекшая в СМИ информация выглядит весьма правдоподобно, а у спецслужб США и России сохраняется общий предмет для разговора. →
На заседание Центризбиркома 20 июля из партсписка «Яблока» исключат одного из кандидатов в Госдуму. Кстати, ЦИК лишь несколько дней назад разрешил этой партии открыть избирательный счет. Между тем еще двое яблочников, шедших на федеральные и региональные выборы, наказаны по ст. 20.3 Кодекса об административных правонарушениях (КоАП). И теперь, как «экстремисты», лишены права баллотироваться. Если же в итоге выбывших по тем или иным причинам окажется более четверти, то по закону кампанию «Яблока» можно будет остановить буквально на финише.
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин напомнил «НГ» и о том, что список любой партии могут снять с выборов, если будет превышено определенное число снятых кандидатов. Согласно закону, это должно быть более 25% от первоначального состава, причем, причины выбывания не имеют значения: по собственному желанию, по решению партии или из-за отмены регистраций, если, например, у кого-то нашли иностранные финансовые инструменты, скрытые судимости либо иные нарушения. Так что, по его мнению, «Яблоко» пока остается под прямой угрозой снятия с выборов, рискуя просто до них не дойти. А официальные причины такого решения властей могут быть разными – от технических ошибок до юридических и правоохранительных претензий. →
Находящиеся сегодня у штурвала власти европейские лидеры усиленно внушают гражданам, что главная угроза благополучию – это нападение РФ лет через несколько. Ну, или завтра, если разговоры идут накануне каких-то учений. Но на самом деле их собственные серьезные опасения связаны с грядущим разрушением консенсуса или сложившегося во властных верхах положения вещей. И потому пока им кажется, что главная угроза с этой точки зрения, причем относящаяся не к отдаленному будущему, а периоду менее чем год, это лидер правой французской партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен, вероятность избрания которой президентом Франции в следующем году весьма высока.
Комментарий Алексея Макаркина:То есть вопрос в том, решится ли Марин Ле Пен запустить этот процесс, или, скажем, такой катаклизм. Решится ли? Вот это на самом деле главная интрига. Пока официальная позиция «Национального объединения» и Ле Пен в том, что французская армия должна быть под французским командованием и надо повторить шаг Шарля Де Голля. Когда голлисты при Николя Саркози в значительной степени эволюционировали от традиции Де Голля и даже бренд сменили – они теперь «Республиканцы», Ле Пен перехватила этот флаг. В том числе и в контексте концепции «Европы Отечеств», а не Европы как некоего единого квазигосударства. →
Следующая неделя для России пройдет на фоне сразу трех чувствительных сюжетов. На украинском направлении политический кризис в Киеве накладывается на высокую интенсивность боевых действий и может усилить вопросы Запада к команде Владимира Зеленского. Внутри страны власти продолжают выводить топливный рынок из режима ажиотажа. Еще одним ключевым сигналом станет заседание Банка России по ставке: от решения регулятора будет зависеть, насколько быстро экономика сможет перейти к более дешевым деньгам. О контурах событий будущего: в рубрике «ФедералПресс» «Смыслы недели».
Комментарий Алексея Макаркина:«Происходящий в Киеве кризис в первую очередь может привести к проблемам в отношениях Зеленского с западными партнерами, потому что там благоволили Михаилу Федорову. Отношение к Федорову на Западе весьма позитивное: его воспринимают как современного эффективного управленца. И то, что Зеленский его уволил, убрав такую имиджево привлекательную для западных партнеров фигуру, – для них, конечно, неприятно. Речь даже не столько об имидже, сколько об эффективности: насколько, с их точки зрения, следующий министр будет более эффективным. →
Бывший глава Дагестана Сергей Меликов может стать сенатором. Об этом «Ведомостям» сказали два собеседника, близких к администрации президента. Высока вероятность, что он станет членом Совета Федерации от исполнительной власти Брянской области, где в мае сменился губернатор.
Комментарий Ростислава Туровского:Возвращение Меликова в Совет Федерации – это достаточно формальное решение, считает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: «Примечательно, что он пойдет не от Дагестана, это свидетельствует о больших переменах во власти этой республики». Меликову важно остаться во власти, но при этом не видно, чтобы его ждали какие-либо крупные посты, считает эксперт: «Однако можно ожидать, учитывая патриотический имидж Меликова и приграничное положение Брянской области, что бывший глава Дагестана проявит себя в публичной сфере региона». →
Вице-премьер по транспорту Виталий Савельев, вероятней всего, перейдет в Госдуму после сентябрьских выборов, а там займет пост вице-спикера. Об этом «Ведомостям» сказали два федеральных чиновника и два собеседника в Госдуме.
Комментарий Ростислава Туровского:Приход Савельева в Госдуму на позицию вице-спикера является ожидаемым, это соответствует его политическому статусу, считает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: «Так уже было недавно после избрания в Госдуму бывшего вице-премьера Виктории Абрамченко». При распределении кураторства комитетов неизбежны политические компромиссы, учитывая, что финальный список вице-спикеров сейчас слишком рано даже прогнозировать – он будет зависеть и от расклада сил во фракции «Единая Россия», и от позиций других партий, считает Туровский. →
В ООН срочно призвали США и Иран прекратить боевые действия и вернуться за стол переговоров, опасаясь катастрофы для всего мира. Почему конфликт получил очередной виток эскалации и как это отразится на России, разбиралась Москва 24.
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин в разговоре с Москвой 24 допустил, что в Иране не исключен внутренний раскол: гражданские политики хотят диалога и передышки, а военные и нынешний верховный лидер страны Моджтаба Хаменеи настроены мстить США и Израилю за убийство своего отца Али Хаменеи, других иранцев. →
В ООН срочно призвали США и Иран прекратить боевые действия и вернуться за стол переговоров, опасаясь катастрофы для всего мира. Почему конфликт получил очередной виток эскалации и как это отразится на России, разбиралась Москва 24.
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин в разговоре с Москвой 24 допустил, что в Иране не исключен внутренний раскол: гражданские политики хотят диалога и передышки, а военные и нынешний верховный лидер страны Моджтаба Хаменеи настроены мстить США и Израилю за убийство своего отца Али Хаменеи, других иранцев. →
