09/07/2024
Итоги второго тура парламентских выборов во Франции многих удивили – по сравнению с первым туром кардинально сменился лидер, и вместо правой партии Марин Ле Пен победу одержал левый альянс. Однако сенсацией это назвать сложно: учитывая особенности мажоритарной двухтуровой системы, это был один из возможных вариантов. Победитель первого тура может потерпеть неудачу во втором, если против него объединяются основные соперники. Ставка Эмманюэля Макрона на мобилизацию во втором туре левых и умеренных избирателей оправдалась, считает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. Но теперь стоит сложный вопрос о формировании нового правительства.
Комментарий Алексея Макаркина:
По итогам второго тура парламентских выборов во Франции «Национальное объединение» Марин Ле Пен оказалось на третьем месте, а сторонники президента Эмманюэля Макрона получили больше мандатов, чем ожидалось, заняв второе место после альянса левых партий «Новый народный фронт», и их поражение не стало разгромным.
Правда, центристская партия Макрона потеряла около сотни мест в Национальном собрании, что вызывает понятное недовольство людей, которые рассчитывали эти места занимать до 2027 года – года очередных парламентских выборов. Теперь Макрону придется объясняться с собственной партией, так как решение о досрочных выборах он принял единолично.
Сторонники «Национального объединения», лидировавшего после первого тура, теперь говорят о несправедливости мажоритарной системы. Если бы выборы проходили по пропорциональной системе, то расстановка сил в первой тройке действительно была бы иной: на первом месте были бы сторонники Ле Пен, на втором – «Новый народный фронт», а макроновцы – лишь на третьем. Но шансов на получение абсолютного большинства, которого добивалось «Национальное объединение», у них и в этом случае не было.
Абсолютное большинство для них было возможно только в одном случае – если бы в условиях мажоритарной системы народофронтовцы и макроновцы зачем-то вступили бы в непримиримую борьбу друг с другом. Но в политике такие услуги главным конкурентам никто не оказывает. Так что при любой избирательной системе Францию ожидал «подвешенный» парламент, в котором абсолютного большинства нет ни у кого.
Большинство и меньшинство
Наличие «подвешенного» парламента может привести к длительным коалиционным переговорам. В их рамках могут быть предприняты попытки создания широкой политической коалиции или «технического» кабинета из специалистов. Однако такого опыта в президентской Пятой республике, созданной Шарлем де Голлем в 1958 году, не было – французские политики не привыкли к выстраиванию сложных (и нестабильных) коалиций, свойственных парламентским Третьей и Четвертой республикам. Зато привыкли к тому, что большинство министров являются политиками, и лишь отдельные члены кабинета могут быть технократами или дипломатами.
Но есть и третий путь, который как раз имел место в Третьей республике, – правительство меньшинства. Желание избежать политической нестабильности привело к тому, что главный «конструктор» Пятой республики, ближайший соратник де Голля Мишель Дебре предложил схему, согласно которой президент назначает премьера без голосования по его кандидатуре в парламенте, поэтому в состав кабинета могут войти представители политических сил, у которых нет большинства в парламенте.
В то же время правительство все же должно опираться на большинство депутатов, без которого оно не может проводить законы через Национальное собрание. Как выйти из такой ситуации? Для этого в Конституции есть статья 49.3, согласно которой правительство может не ставить на голосование непопулярный законопроект. Но в этом случае ставится вопрос о вынесении вотума недоверия правительству, и если он проходит, кабинет министров уходит в отставку, но и парламент досрочно распускается и назначаются новые выборы. Если же вотум недоверия проваливается, закон считается принятым.
Хитрость заключается в том, что для голосования за законопроект надо обязательно набрать большинство голосов, а это значит, что любой депутат, воздержавшийся или вообще не голосовавший, может способствовать провалу документа, когда каждый голос на счету. Любой же депутат, в той или иной форме не поддержавший вотум недоверия, на деле выступает за сохранение правительства. А таких депутатов, которые не хотят связывать себя с непопулярным законопроектом, может быть немало. Одни из них поддерживают кабинет по большинству вопросов, которые носят популярный или нейтральный характер (а такие в парламентской практике обычно преобладают). Другие держатся за свои кресла, так как не уверены в собственном переизбрании или у них нет средств на досрочную кампанию.
Так что правительство меньшинства может существовать достаточно устойчиво, хотя и не очень комфортно. В 1988-1991 годах так действовал кабинет социалиста Мишеля Рокара, когда у правящей коалиции было только 47,7% мест в парламенте, причем некоторые из этих депутатов не всегда были лояльны премьеру, но на помощь кабинету пришла группа депутатов-правоцентристов. Некоторые из них даже вошли в состав правительства на индивидуальной основе, но стабильного большинства для принятия всех законов все равно не было, поэтому Рокар использовал статью 49.3 за три года 28 раз и выдержал пять попыток вотумов недоверия.
С 2022 года, когда у блока Макрона уже не было большинства (у него было около 43% мест в парламенте), президент договорился с «Республиканцами», чтобы те не «валили» правительство. Всего правительство Элизабет Борн (2022-2024 годы) использовало спасительную статью 23 раза, а число попыток вотумов недоверия равнялось 28. Самая опасная ситуация для кабинета была в 2023 году, когда Марин Ле Пен и Жан-Люк Меланшон ситуативно объединились, чтобы вынести вотум недоверия после повышения пенсионного возраста – для успеха им не хватило всего девяти голосов.
Вообще в истории Пятой республики вотум недоверия прошел только один раз – в 1962 году. Тогда де Голль распустил парламент и выиграл досрочные выборы.
А что сейчас?
Макрон в любом случае остается ведущим игроком в политическом процессе и будет играть важную роль в переговорах – и как президент с большими конституционными полномочиями, и как политик, контролирующий вторую по численности парламентскую фракцию. Он не превратился в «хромую утку», как это было бы в случае получения «Национальным объединением» абсолютного большинства.
Леворадикал Жан-Люк Меланшон уже заявил, что не пойдет на коалицию с блоком Макрона. Но это его частное мнение, а не позиция всего «Нового народного фронта», в котором у меланшоновской «Непокоренной Франции» 74 мандата из 182. У социалистов и экологов на двоих 87 мандатов. Еще девять мандатов у коммунистов и 12 – у более мелких политических сил. Меланшон претендует на то, чтобы «Фронт» отстаивал перед президентом его кандидатуру в премьеры, но лидеры других партий относятся к этому скептически. Опрос, проведенный компанией Opinion Way до выборов, показал, что в случае победы «Нового народного фронта» французы предпочли бы премьер-министра-социалиста (44%), а не представителя «Непокоренной Франции» (25%).
Вот здесь и могут появиться возможности для создания правительства меньшинства, возглавляемого умеренным левым политиком, к которому могут присоединиться макроновцы. «Непокоренная Франция» и коммунисты в этом случае могут остаться за пределами правительства. А дополнительную поддержку извне кабинет может теоретически получить от части фракции «Республиканцы». Арифметически такой расклад может обеспечить правительству существование. Тем более что леворадикальному Меланшону будет максимально трудно договориться о совместных действиях с правой партией Марин Ле Пен, если речь не идет о мощном раздражителе вроде повышения пенсионного возраста.
Но для такого проекта есть важный ограничитель. «Новый народный фронт» требует проведения радикальной смены политики по сравнению с проводящейся Макроном. Речь идет не просто об отмене повышения пенсионного возраста, введенного при Макроне (с 62 до 64 лет), но и о его снижении до 60 лет. Кроме того, левые уже подняли вопрос о повышении налогов и о многом другом, включая любимую идею Меланшона о переходе от Пятой к Шестой республике с ограничением полномочий президента и отменой вышеупомянутой статьи 49.3 как антидемократической. Есть прагматичная (иногда до цинизма) парламентская арифметика, а есть политология, которая в том числе изучает общественные эмоции и предупреждает, что избиратели не прощают предательства и наказывают за обман на ближайших выборах.
Поэтому французским политикам для формирования правительства придется не только делить портфели, но и выработать программу его действий, которая была бы приемлема для большинства избирателей, голосовавших за «Новый народный фронт», и не оттолкнула бы макроновцев – а это задача чрезвычайно сложная. Если же найти приемлемый вариант не удастся, то Франция может столкнуться с затяжным политическим кризисом.
Эта работа не требует большой нагрузки, позволяет бывать в Сочи, при этом оставаться в фарватере госполитики, которая предполагает серьезное внимание к республике, говорит один из собеседников.
Комментарий Ростислава Туровского:
Переход в Абхазию может оказаться наиболее изящным аппаратным решением: Гладков в таком случае останется в команде первого замруководителя кремлевской администрации Сергея Кириенко и получит новые важные задачи от Кремля, отмечает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский. →
Первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Госдуме, бывший спикер заксобрания Санкт-Петербурга Вячеслав Макаров подал документы для участия в предварительном голосовании (праймериз) ЕР по списку в Чувашии. Это следует из перечня участников праймериз партии.
Комментарий Ростислава Туровского:Как говорили источники «Ведомостей», избрание по новому региону связано, в частности, со сложными отношениями с руководством прошлого региона избрания. Вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский пояснял, что смена депутатской прописки на думских выборах является устоявшимся процессом. Он может быть связан с заменами губернаторов или с решениями партии или администрации президента. →
Первым в Северную Корею, 25 апреля, прилетел Вячеслав Володин, которого в аэропорту встретил председатель Президиума Верховного собрания КНДР Чо Ен Вон. Министра обороны РФ Андрея Белоусова у трапа самолета 26 апреля ожидал глава Минобороны КНДР Но Гван Чхоль. Для обоих российских чиновников в Северной Корее была запланирована большая программа мероприятий.
Комментарий Алексея Макаркина:
Северная Корея остается военным союзником России, отметил в беседе с «ФедералПресс» замдиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин. По его словам, визит Володина и Белоусова в КНДР – сигнал того, что сотрудничество продолжается и не ограничивается только периодом, когда Пхеньян помог Москве. «Корейская Народно-Демократическая Республика – последовательный союзник России. О таких союзниках не забывают. У России немало стран-партнеров, но союзников не так много. Если приезжает министр обороны, то обсуждаются [новые] формы военного сотрудничества», – пояснил Макаркин. →
КПРФ подходит к кампании-2026 с нарастающими проблемами в регионах. Если раньше сильные обкомы компенсировали федеральную инерцию партии, то теперь и этот ресурс заметно слабеет. В ряде субъектов коммунисты сталкиваются с переходами депутатов к «Единой России», внутренними конфликтами, силовым давлением и потерей статуса главной протестной силы.
Комментарий Ростислава Туровского:Вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский считает, что сильные региональные организации были для КПРФ важнейшим ресурсом, однако теперь он «подвергается заметной эрозии». Причины – внутренние конфликты, сокращение возможностей для распределения мандатов и работа властей с теми, кто конфликтует с партийным руководством. →
Когда популярность КПРФ в России стала падать, сильные и активные региональные организации превратились в ее важнейший ресурс. Однако и этот ресурс подвергается заметной эрозии, вызванной как внутренними конфликтами, так и проблемами в отношениях с властями в регионах. С такими проблемами КПРФ сталкивалась в целом ряде регионов, где у нее были сильные электоральные позиции, например, в Алтайском крае, где эти проблемы только нарастают, Приморском крае, Хабаровском крае и других. В этих регионах из КПРФ ушли заметные местные депутаты, некоторые из которых еще и примкнули к партии власти, что даже перестает быть сенсацией.
Комментарий Ростислава Туровского:Обычная причина кризисных явлений у КПРФ заключается в сокращении у партии возможностей для обеспечения своих активистов ресурсами, такими как депутатские мандаты. В итоге местные партийные секретари концентрируют принятие решений в своих руках, помогают приближенным и спонсорам, а остальные вынуждены искать другие способы развития политической карьеры. Этим пользуются и власти, которые в ответ ведут работу с теми, кто конфликтует с партийным руководством. Кроме того, партия чаще стала расставаться с радикалами, которые раздражают региональную власть. →
Брюссельский выпуск издания Politico опубликовал статью под сенсационным названием «Мадьяр хочет вернуть Австро-Венгерскую империю на карту мира». Такой вывод автор издания сделал на основании нескольких высказываний еще не вступившего в должность нового венгерского премьера. Но, если кто-то подумал, что речь шла только об объединении двух государств, это ошибка.
Комментарий Алексея Макаркина:В центре Будапешта стоит памятник, посвященный венгерской истории, с разными историческими персонажами. Частью этого памятника были фигуры некоторых габсбургских императоров. И уже после Второй мировой войны, когда уже была Венгерская Народная Республика, императоров заменили на трансильванских князей, у которых, кстати, с этими императорами были довольно плохие отношения. Эти князья были ближе к Османской империи. И вот пришел Орбан, который очень много сделал, чтобы изменить центр Будапешта, приблизить его к межвоенному периоду, его даже обвиняли в том, что он восстанавливает Будапешт эпохи адмирала Хорти. Многие памятники были восстановлены, перенесены и даже снесены. Но никому в голову не приходило заменить трансильванских князей на габсбургских императоров. Хотя эти князья появились уже при неправильном, так сказать, режиме, против которого была потом революция 1956 года. Потому что эти князья – часть венгерской идентичности, а австрийские императоры – часть идентичности другой страны. →
Пока что Трамп увольняет женщин, входивших в его правительство – и у каждой свои проблемы.
Комментарий Алексея Макаркина:Теперь уволена министр труда Лори Чавес-Деремер. В отличие от Ноэм и Бонди она принадлежала к умеренному крылу Республиканской партии. Будучи конгрессвумен от Орегона поддерживала связи с профсоюзами, что нетипично для республиканцев. Но именно это помогло ей стать министром. →
Выборный процесс в этом году продолжает набирать ход задолго до своего официального старта. Еще в рамках так называемой предкампании проявляют высокую активность как системные партии, так и политадминистраторы вместе с политтехнологами. В медиаполе регулярно появляется информация о партийных стратегиях или кадровых решениях по кандидатам. Однако устойчивого рейтинга пока нет ни у кого, кроме «Единой России». Например, Центр исследований политической культуры России (ЦИПКР) в очередном мониторинге выяснил, что буквально за неделю в государственном телеэфире вдруг «обвалилась» ЛДПР и «взлетели» «Новые люди». Ранняя раскрутка кампании, очевидно, объясняется совокупностью причин – от задачи разбудить избирателей до желания подстраховать выборы от «черных лебедей».
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин напомнил «НГ», что в этом году играют большую роль факторы, которых не было в 2021-м и ранее. Например, у ЕР будет огромное количество кандидатов из числа ветеранов СВО. Их необходимо «продвинуть» в тех регионах, в которых они идут на выборы, объяснив лояльному избирателю, что новые депутаты будут так же перспективны в плане решения народных проблем, как и прежние опытные. При этом перед ЕР как партией власти появляются все новые вызовы в виде растущего в народе недовольства – ценами, тарифами, ограничениями интернета, стагнацией экономики и т.д.. И поэтому есть смысл сейчас продвинуть свою «позитивную» повестку, чтобы «перебить» негатив. То есть именно сейчас ЕР презентует свои результаты работы и достижения. Парламентская оппозиция, хотя и стремится вести предкампания «с оглядкой», но тоже имеет свои мотивы. У КПРФ, ЛДПР и «Новых людей» – это борьба за второе место. «Например, для КПРФ крайне важен статус второй партии в стране, она хочет оставить его за собой. Но в больших городах зреют протестные настроения, и, по замерам социологов, на первый план постепенно выходят «Новые люди». У ЛДПР преимущество в виде юбилея основателя партии. А та же СР все еще по официальным замерам социологов в полупроходной зоне. Скорее всего в Госдуму она попадает, но перестраховаться никогда не помешает», – пояснил Макаркин. →
Медиа сравнивают выборы в Болгарии и Венгрии. Распространенная точка зрения – в Венгрии только что проиграл евроскептик Виктор Орбан, выстраивавший связи с Россией. В Болгарии же победил евроскептик Радев, также выступающий за нормальные связи с Россией. Таким образом болгарские выборы рассматриваются в сугубо геополитическом контексте – как противоположность венгерским. Но, во-первых, Радев вряд ли станет заменой Орбану в европейском масштабе. Болгария зависит от финансовой поддержки Евросоюза больше, чем Венгрия. Крайне сомнительно, чтобы левоцентрист Радев задружился с Дональдом Трампом и Джеем Ди Вэнсом. В качестве президента он действительно критиковал политику проевропейских правительств, но никогда не переходил грани, означавшей конфликт с Евросоюзом. И сейчас он позиционирует себя не только как болгарский патриот, но и как европейский политик.
Комментарий Алексея Макаркина:Так что теперь Радеву предстоит прежде всего выполнять внутриполитические обещания: бороться с коррупцией и олигархией, за прозрачную политику и независимый суд. Он – как и Мадьяр – получил мощный кредит доверия, но оценивать их деятельность теперь будут по результатам. →
Зрители также узнают, какое наследие оставил Владимир Вольфович и что будет с его партией – ЛДПР. Жизнь Жириновского – это история постоянного движения наперекор всему. Он объехал по железной дороге всю Россию, от Анадыря до Калининграда. И его поезд никогда не стоял на месте: то набирал бешеную скорость и искрил эпатажными заявлениями, то резко тормозил, сталкиваясь с политической реальностью.
Комментарий Алексея Макаркина:Алексей Макаркин добавляет, что Жириновский пытался помочь спасти Советский Союз в 1991-м, участвовал в принятии Конституции в 1993-м… Со слов первого вице-президента Центра политических технологий, Владимир Вольфович всегда был государственным человеком: «Бросился помогать государству бороться с пандемией, продвигал идеи, что вакцинация – это допустимо». →
