31/07/2024
В отличие от военных диктатур Латинской Америки, которые могли при определенных условиях «сдать» власть, режим Николаса Мадуро в Венесуэле гораздо более идеологизирован и не готов отдать страну «реакционерам». Оппозиция, со своей стороны, может пообещать Мадуро любые гарантии в случае ухода, но не способна обеспечить их выполнение даже в среднесрочной перспективе, считает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин
Комментарий Алексея Макаркина:
Президентские выборы в Венесуэле завершились тем, что после шестичасового молчания Национальный избирательный совет (НИС) представил результаты президента Николаса Мадуро и его основного соперника Эдмундо Гонсалеса. Получилось, что по итогам подсчета 80% голосов Мадуро победил с результатом 51,2%, а Гонсалес проиграл, получив 44,2%. Также было объявлено, что за остальных восьмерых участников выборов проголосовали в совокупности 4,6% избирателей. После этого публикация новых сведений, в том числе по голосованию в конкретных штатах, была приостановлена, по официальной версии – из-за хакерской атаки на систему передачи данных.
Сама оппозиция заявляет, что ее кандидат получил более 70% голосов и ссылается на данные с избирательных участков из разных регионов страны со сходными итоговыми цифрами.
Объявлял предварительные итоги выборов председатель НИС Элвис Аморосо, который ранее был генеральным контролером и в этом качестве занимался дисквалификацией представителей оппозиции, то есть лишал их права занимать государственные должности. В том числе и лидера оппозиционной коалиции Марии Корины Мачадо, которой в результате было запрещено бороться за пост президента. Власти разрешили зарегистрировать вместо нее малоизвестного бывшего дипломата Гонсалеса, но оппозиция построила кампанию, основываясь на «связке» Мачадо-Гонсалес, что привело к быстрому росту рейтингов последнего.
Жизнь после отставки
Еще перед началом избирательной кампании главным вопросом был следующий: а способен ли в принципе Мадуро признать поражение в случае, если проиграет. Венесуэльская оппозиция понимала пределы возможного и в ходе избирательной кампании стремилась найти компромисс с правящим режимом. Например, в случае прихода к власти, действовать в рамках Конституции 1999 года, принятой по инициативе Уго Чавеса, а не возвращаться к либеральной Конституции 1961-го, которую она явно предпочитает. Могла речь идти и о других договоренностях.
Однако у политолога Адама Пшеворского, изучавшего переходы от диктатуры к демократии, есть интересная мысль: «Условия, которые порождают переходы, согласованные со старым порядком, не являются необратимыми. Существенную черту демократии составляет то, что ничто не решается окончательно. Если верховная власть принадлежит народу, народ может решить ликвидировать все гарантии, согласованные политиками за столом переговоров. Даже самые институционализированные гарантии имеют в лучшем случае более или менее высокую, но никак не стопроцентную надежность».
Книга Пшеворского была издана в 1991 году, и последующие десятилетия дали немало примеров, подтверждающих его тезисы. Самая примечательная история произошла в Уругвае, где военные, «сдавая» в 1984 году власть, получили законодательные гарантии неприкосновенности, которые «устояли» на проведенном через несколько лет референдуме – большинство населения посчитало за лучшее не ворошить прошлое. Казалось бы, куда больше – Vox populi vox Dei (»Глас народа – глас Божий»). Но прошло время, на парламентских выборах победили левые силы, исходившие из того, что наказание за нарушения прав человека должно быть неотвратимым, и никакие референдумы не могут изменить этот принцип. В результате амнистия была отменена парламентским решением.
В России более известна история Аугусто Пиночета, который в конце жизни лишился иммунитета, предоставленного ему как бывшему главе государства. Но в Чили гарантии Пиночету не были подтверждены на референдуме, то есть отменить их было легче, чем в Уругвае. Так что оппозиция в Венесуэле могла предоставить любые гарантии Мадуро, но она не могла обеспечить их выполнение даже в среднесрочной перспективе.
Народ против населения
И есть один важный момент, который отличает левый по своей природе «чавесистский» режим Мадуро от правых диктатур типа чилийской или уругвайской – это куда более высокая степень идеологизированности. У правых тоже, конечно, может быть своя идеология, например основанная на антикоммунизме. Но они могут «сдать» власть, если будут уверены, что ее не возьмут ненавистные им коммунисты – так было и в Чили, и в Уругвае, где на смену военным режимам приходили представители традиционных политических элит. Для Мадуро же оппозиция является «реакционерами» и «фашистами» – и это не игра, не риторика, он искренне в этом убежден.
Добавим к этому, что «чавесистский» режим за четверть века укоренился в стране, опираясь и на армию, и на значительную часть госаппарата, и на низовых сторонников – «коллективос» – получающих от него небольшие, но по венесуэльским меркам значимые блага.
Незадолго до выборов Мадуро неожиданно заявил о том, что оппозиция может «обмануть» население Венесуэлы. «Обмануть» вообще-то можно было двумя способами. Первый – сфальсифицировать выборы – но у оппозиции таких возможностей не было. Второй – честно победить на выборах. Казалось бы, причем здесь обман, но если вспомнить советскую логику, то любая электоральная победа большинства «буржуазных» политиков априори является обманом избирателей, так как такой политик заведомо не собирается выполнять своих обещаний.
В этой же логике рассуждал и Мадуро, который незадолго до выборов заявил, что в случае «обмана» «может наступить кровопролитие и гражданская война», поскольку народ не собирается позволить отобрать у него страну. Таким образом, сознательный и патриотичный народ противопоставляется «населению» – аналогичный подход был и у большевиков, только они отождествляли этот народ с пролетариатом (а на практике – с собой). Конкретизируя свою позицию, Мадуро заявил, что «мы являемся силой и народной властью на каждой улице и в каждом районе, но мы также являемся военной и полицейской силой, и гражданско-военный союз не позволит отобрать у себя эту страну». И это стало сигналом, что власть он отдавать не намерен.
Что дальше
Сейчас сторонники оппозиции вышли на улицы. Такое было и раньше, но добавилось важное обстоятельство. Раньше протестовал в основном средний класс, который действовал с оглядкой и предпочитал эмиграцию риску оказаться за решеткой. Испанский язык позволяет устроиться на работу в других странах Латинской Америки, а при некоторых усилиях – и на юге США. Теперь же на улицы стали выходить жители бедных районов, уставшие от многолетних экономических проблем – им ехать некуда. Многие из них раньше голосовали за Уго Чавеса, но сейчас разочаровались в «чавесизме». «Коллективос» оказываются в этих районах в меньшинстве – и такое размывание социальной поддержки является серьезной проблемой для власти. Если раньше она выигрывала «борьбу за улицу», то сейчас ситуация меняется – протестующие беспрепятственно сбрасывают памятники Чавесу, что еще недавно было невозможно.
Но главный вопрос: останется ли сама власть консолидированной, сохранит ли она поддержку армии. В ней тоже существует недовольство – в основном на низовом уровне – но командование в течение всего времени сохраняло верность режиму, что неудивительно. Во главе армии стоят генералы, которые симпатизировали Чавесу, еще будучи лейтенантами. Оппозиции остается делать ставку на максимальную делегитимацию власти с тем, чтобы стимулировать ее внутренний раскол.
Эта работа не требует большой нагрузки, позволяет бывать в Сочи, при этом оставаться в фарватере госполитики, которая предполагает серьезное внимание к республике, говорит один из собеседников.
Комментарий Ростислава Туровского:
Переход в Абхазию может оказаться наиболее изящным аппаратным решением: Гладков в таком случае останется в команде первого замруководителя кремлевской администрации Сергея Кириенко и получит новые важные задачи от Кремля, отмечает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский. →
Первый заместитель руководителя фракции «Единая Россия» в Госдуме, бывший спикер заксобрания Санкт-Петербурга Вячеслав Макаров подал документы для участия в предварительном голосовании (праймериз) ЕР по списку в Чувашии. Это следует из перечня участников праймериз партии.
Комментарий Ростислава Туровского:Как говорили источники «Ведомостей», избрание по новому региону связано, в частности, со сложными отношениями с руководством прошлого региона избрания. Вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский пояснял, что смена депутатской прописки на думских выборах является устоявшимся процессом. Он может быть связан с заменами губернаторов или с решениями партии или администрации президента. →
Первым в Северную Корею, 25 апреля, прилетел Вячеслав Володин, которого в аэропорту встретил председатель Президиума Верховного собрания КНДР Чо Ен Вон. Министра обороны РФ Андрея Белоусова у трапа самолета 26 апреля ожидал глава Минобороны КНДР Но Гван Чхоль. Для обоих российских чиновников в Северной Корее была запланирована большая программа мероприятий.
Комментарий Алексея Макаркина:
Северная Корея остается военным союзником России, отметил в беседе с «ФедералПресс» замдиректора Центра политических технологий Алексей Макаркин. По его словам, визит Володина и Белоусова в КНДР – сигнал того, что сотрудничество продолжается и не ограничивается только периодом, когда Пхеньян помог Москве. «Корейская Народно-Демократическая Республика – последовательный союзник России. О таких союзниках не забывают. У России немало стран-партнеров, но союзников не так много. Если приезжает министр обороны, то обсуждаются [новые] формы военного сотрудничества», – пояснил Макаркин. →
КПРФ подходит к кампании-2026 с нарастающими проблемами в регионах. Если раньше сильные обкомы компенсировали федеральную инерцию партии, то теперь и этот ресурс заметно слабеет. В ряде субъектов коммунисты сталкиваются с переходами депутатов к «Единой России», внутренними конфликтами, силовым давлением и потерей статуса главной протестной силы.
Комментарий Ростислава Туровского:Вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский считает, что сильные региональные организации были для КПРФ важнейшим ресурсом, однако теперь он «подвергается заметной эрозии». Причины – внутренние конфликты, сокращение возможностей для распределения мандатов и работа властей с теми, кто конфликтует с партийным руководством. →
Когда популярность КПРФ в России стала падать, сильные и активные региональные организации превратились в ее важнейший ресурс. Однако и этот ресурс подвергается заметной эрозии, вызванной как внутренними конфликтами, так и проблемами в отношениях с властями в регионах. С такими проблемами КПРФ сталкивалась в целом ряде регионов, где у нее были сильные электоральные позиции, например, в Алтайском крае, где эти проблемы только нарастают, Приморском крае, Хабаровском крае и других. В этих регионах из КПРФ ушли заметные местные депутаты, некоторые из которых еще и примкнули к партии власти, что даже перестает быть сенсацией.
Комментарий Ростислава Туровского:Обычная причина кризисных явлений у КПРФ заключается в сокращении у партии возможностей для обеспечения своих активистов ресурсами, такими как депутатские мандаты. В итоге местные партийные секретари концентрируют принятие решений в своих руках, помогают приближенным и спонсорам, а остальные вынуждены искать другие способы развития политической карьеры. Этим пользуются и власти, которые в ответ ведут работу с теми, кто конфликтует с партийным руководством. Кроме того, партия чаще стала расставаться с радикалами, которые раздражают региональную власть. →
Брюссельский выпуск издания Politico опубликовал статью под сенсационным названием «Мадьяр хочет вернуть Австро-Венгерскую империю на карту мира». Такой вывод автор издания сделал на основании нескольких высказываний еще не вступившего в должность нового венгерского премьера. Но, если кто-то подумал, что речь шла только об объединении двух государств, это ошибка.
Комментарий Алексея Макаркина:В центре Будапешта стоит памятник, посвященный венгерской истории, с разными историческими персонажами. Частью этого памятника были фигуры некоторых габсбургских императоров. И уже после Второй мировой войны, когда уже была Венгерская Народная Республика, императоров заменили на трансильванских князей, у которых, кстати, с этими императорами были довольно плохие отношения. Эти князья были ближе к Османской империи. И вот пришел Орбан, который очень много сделал, чтобы изменить центр Будапешта, приблизить его к межвоенному периоду, его даже обвиняли в том, что он восстанавливает Будапешт эпохи адмирала Хорти. Многие памятники были восстановлены, перенесены и даже снесены. Но никому в голову не приходило заменить трансильванских князей на габсбургских императоров. Хотя эти князья появились уже при неправильном, так сказать, режиме, против которого была потом революция 1956 года. Потому что эти князья – часть венгерской идентичности, а австрийские императоры – часть идентичности другой страны. →
Пока что Трамп увольняет женщин, входивших в его правительство – и у каждой свои проблемы.
Комментарий Алексея Макаркина:Теперь уволена министр труда Лори Чавес-Деремер. В отличие от Ноэм и Бонди она принадлежала к умеренному крылу Республиканской партии. Будучи конгрессвумен от Орегона поддерживала связи с профсоюзами, что нетипично для республиканцев. Но именно это помогло ей стать министром. →
Выборный процесс в этом году продолжает набирать ход задолго до своего официального старта. Еще в рамках так называемой предкампании проявляют высокую активность как системные партии, так и политадминистраторы вместе с политтехнологами. В медиаполе регулярно появляется информация о партийных стратегиях или кадровых решениях по кандидатам. Однако устойчивого рейтинга пока нет ни у кого, кроме «Единой России». Например, Центр исследований политической культуры России (ЦИПКР) в очередном мониторинге выяснил, что буквально за неделю в государственном телеэфире вдруг «обвалилась» ЛДПР и «взлетели» «Новые люди». Ранняя раскрутка кампании, очевидно, объясняется совокупностью причин – от задачи разбудить избирателей до желания подстраховать выборы от «черных лебедей».
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин напомнил «НГ», что в этом году играют большую роль факторы, которых не было в 2021-м и ранее. Например, у ЕР будет огромное количество кандидатов из числа ветеранов СВО. Их необходимо «продвинуть» в тех регионах, в которых они идут на выборы, объяснив лояльному избирателю, что новые депутаты будут так же перспективны в плане решения народных проблем, как и прежние опытные. При этом перед ЕР как партией власти появляются все новые вызовы в виде растущего в народе недовольства – ценами, тарифами, ограничениями интернета, стагнацией экономики и т.д.. И поэтому есть смысл сейчас продвинуть свою «позитивную» повестку, чтобы «перебить» негатив. То есть именно сейчас ЕР презентует свои результаты работы и достижения. Парламентская оппозиция, хотя и стремится вести предкампания «с оглядкой», но тоже имеет свои мотивы. У КПРФ, ЛДПР и «Новых людей» – это борьба за второе место. «Например, для КПРФ крайне важен статус второй партии в стране, она хочет оставить его за собой. Но в больших городах зреют протестные настроения, и, по замерам социологов, на первый план постепенно выходят «Новые люди». У ЛДПР преимущество в виде юбилея основателя партии. А та же СР все еще по официальным замерам социологов в полупроходной зоне. Скорее всего в Госдуму она попадает, но перестраховаться никогда не помешает», – пояснил Макаркин. →
Медиа сравнивают выборы в Болгарии и Венгрии. Распространенная точка зрения – в Венгрии только что проиграл евроскептик Виктор Орбан, выстраивавший связи с Россией. В Болгарии же победил евроскептик Радев, также выступающий за нормальные связи с Россией. Таким образом болгарские выборы рассматриваются в сугубо геополитическом контексте – как противоположность венгерским. Но, во-первых, Радев вряд ли станет заменой Орбану в европейском масштабе. Болгария зависит от финансовой поддержки Евросоюза больше, чем Венгрия. Крайне сомнительно, чтобы левоцентрист Радев задружился с Дональдом Трампом и Джеем Ди Вэнсом. В качестве президента он действительно критиковал политику проевропейских правительств, но никогда не переходил грани, означавшей конфликт с Евросоюзом. И сейчас он позиционирует себя не только как болгарский патриот, но и как европейский политик.
Комментарий Алексея Макаркина:Так что теперь Радеву предстоит прежде всего выполнять внутриполитические обещания: бороться с коррупцией и олигархией, за прозрачную политику и независимый суд. Он – как и Мадьяр – получил мощный кредит доверия, но оценивать их деятельность теперь будут по результатам. →
Зрители также узнают, какое наследие оставил Владимир Вольфович и что будет с его партией – ЛДПР. Жизнь Жириновского – это история постоянного движения наперекор всему. Он объехал по железной дороге всю Россию, от Анадыря до Калининграда. И его поезд никогда не стоял на месте: то набирал бешеную скорость и искрил эпатажными заявлениями, то резко тормозил, сталкиваясь с политической реальностью.
Комментарий Алексея Макаркина:Алексей Макаркин добавляет, что Жириновский пытался помочь спасти Советский Союз в 1991-м, участвовал в принятии Конституции в 1993-м… Со слов первого вице-президента Центра политических технологий, Владимир Вольфович всегда был государственным человеком: «Бросился помогать государству бороться с пандемией, продвигал идеи, что вакцинация – это допустимо». →
