24/04/2017
В первом туре выборов президента Франции, состоявшемся 23 апреля, победил экс-министр экономики Эммануэль Макрон - по предварительным данным, он набрал 23,86% голосов. Во второй тур также прошла глава партии «Национальный фронт» Марин Ле Пен, отставшая от него незначительно - за нее проголосовали 21,43% участников выборов. В то же время такие цифры не стали сенсационными: многие предрекали Ле Пен и более значительные результаты.
Комментарий Алексея Макаркина:
Марин Ле Пен получила не намного больше по сравнению с прошлыми выборами. Проблема в другом: в том, что в первом туре показатели высокие, но не запредельные. Ле Пен прогнозировали существенно больше - были прогнозы в районе 24% и даже выше, и если бы в последний момент не раскрутился Меланшон, который привлек к себе часть лепеновского электората, она получила бы существенно больше голосов.
Почему за нее голосуют? Это, фактически, сходно с голосованием за Трампа. То есть, меняется психологический уклад, меняется экономика, промышленность переводится в страны, где рабочим надо меньше платить, - соответственно, есть люди, которые уже оказались невостребованными либо боятся, что окажутся таковыми. Это люди, занятые в промышленности; они очень хотят, чтобы все стало как было - чтобы вернулись 1980-е годы, тем более, что многие из них это время еще помнят.
В 1980-е многих из этих людей голосовали за коммунистов, но коммунисты их разочаровали, оказались слишком слабыми. И немалая часть этих избирателей перешла к Марин Ле Пен. Но все же такие переходы осуществляются не очень просто: перейти от крайне левых к крайне правым в принципе возможно, но это значит переступить через свою традицию голосования и традицию голосования предков. То есть, родители голосовали за коммунистов, дедушка, допустим, был в движении Сопротивления - а ты голосуешь за крайне правых?
С другой стороны, избиратели все же переходят к ней, потому что Ле Пен очень четко высказалась против деиндустриализации и указала на врагов: мол, враги - это элиты, Евросоюз и мигранты. Она затронула какие-то очень важные для этих избирателей струны. Но все равно многие из них ощущали психологический дискомфорт, и если бы появился какой-то крайне левый кандидат, который, с их точки зрения, был бы эффективным, дееспособным, ярким - они бы к нему пришли. Они бы вернулись в свою электоральную линию.
Для многих из них это и произошло: когда у Меланшона появилось второе дыхание и он стал активно раскручиваться, часть этих избирателей от Ле Пен ушли. Меланшон напомнил им начало 1980-х годов - период последнего взлета Компартии, и они покинули Марин Ле Пен. Хотя некоторые остались с ней, не поверили Меланшону. Ведь там не только рабочие - там и мелкие буржуа, которые за коммунистов никогда не голосовали. Но все же часть заколебалась, и в результате Ле Пен получила меньше, чем ожидала.
Главные причины, по которым за нее голосовали, - это, конечно, деиндустриализация Франции и проблемы миграции, причем последнее означает не только страх перед преступностью и терроризмом. Кстати, мы видим, что теракт, который был совершен в Париже перед выборами, никак не сказался на результатах политиков, выступавших против миграции. Пожалуй, даже наоборот: когда Ле Пен и Фийон тут же попытались это событие использовать, это было воспринято обществом в целом отрицательно: людям не понравилось, что политики в этой драматической ситуации в первую очередь думали о своих шансах.
Но в то же время тема мигрантов все же важна, потому что она имеет значение не только в точки зрения безопасности, но и с точки зрения рабочих мест. Имеет значение не только ситуация, когда твой завод уезжает куда-то в Китай или Малайзию, но и ситуация, когда он остается во Франции, а твое место занимает мигрант. Это тоже важно.
Таким образом, к главным темам относятся деиндустриализация, миграция и еще - разочарование в традиционных элитах.
Традиционные элиты во Франции действовали абсолютно инерционно (и так делают очень многие элиты): они исходили из того, что так, как есть сейчас, будет и всегда. Они считали, что раз уж статус кво в Европе сложился, то он и сохранится, то есть, что в смысле расстановки сил на выборах сохранится переход от правоцентристов к левоцентристам, а остальные силы - это для маргиналов. Ну, а получилось нечто иное - получилось, что избиратели разочаровались. Избирателям все же надо предлагать новые «блюда», новые идеи, а элиты с этим не справились.
На самом деле протест против мигрантов и против деиндустриализации привел к голосованию за Ле Пен, то антиэлитный протест оказался куда шире. Он привел и к голосованию за Меланшона (там сыграла роль не только деиндустриализация, но и недовольство элитами, причем значительная часть голосовала именно из-за недовольства самодовольными элитами). И это свойственно не только Франции: в 2016 году в Австрии были интересные выборы, где основные партии выдвинули нехаризматичных, неярких кандидатов.
Это было сделано в расчете на то, что президентская должность станет наградой за хорошую партийную работу, за верность партии, а избиратель проголосует за партийный бренд. Вышло же не так: в конце концов победил не крайне правый кандидат, а левоцентристский, который находился на глубокой периферии и которого всерьез в начале компании не воспринимали. Но элитам пришлось в итоге консолидироваться вокруг него - пожилого профессора Ван дер Беллена, именно он стал президентом Австрии.
Во Франции произошло нечто вроде этого, только там был не пожилой профессор, а молодой технократ Макрон. Он ушел от партии Олланда, от социалистов, видя, что они находятся в глубоком кризисе, основал свою партию, принципиально не включив туда старых политиков (сейчас они туда потихоньку приходят, но на первоначальном этапе их там не было), и провозгласил курс на радикальное обновление. Таким образом, голосование за Ле Пен, голосование на Меланшона и голосование за Макрона - это разные виды протестного голосования. То есть, протест вышел за рамки старого индустриального протеста, захватил более широкие слои.
Но при этом протест оказался разным. Если протест людей, что пришли к Ле Пен и заметались между Ле Пен и Меланшоном - это протест людей, которые систему отвергают целиком, которые голосуют вообще только эмоционально (мол, пусть будет что угодно, только не те самодовольные политики, которые были прежде), то те недовольные, которые проголосовали в первом туре за Макрона, иные. Они боятся слома системы, они не дошли до стадии отчаяния - их завод, как правило, еще не закрыли. Они хотят, чтобы система не рушилась, а изменилась. Так что второй тур будет туром конкуренции двух программ: что систему надо ломать и что ее надо серьезно изменять без слома.
И в этой ситуации Макрон становится консолидирующей фигурой для избирателей правых - тех, кто голосовал за Фийона, а также большинства избирателей-социалистов, тех, кто голосовал за Амона. Думаю, сложнее будет с избирателями Меланшона, но многие из них на второй тур выборов могут не прийти, а часть может проголосовать за Макрона. То есть, и среди меланшоновцев есть такие, кому важно не пропустить к власти ультраправых - такие «традиционные левые». Так что Макрон во втором туре может получить очень сильную коалицию - очень разную, ситуативную, но она может позволить ему выиграть.
Что касается Ле Пен, то она может взять меньшинство электората Фийона (потому что этот электорат консервативный, и он не хочет никаких резких движений, для него Ле Пен - это очень опасная фигура, она же радикальна), его крайне правую часть. И она может взять меньшинство электората Меланшона, тех, кто заколебался - те, кто метался между Ле Пен и Меланшоном, могут вернуться к Ле Пен. Итак, это два меньшинства, причем не очень значительных; и она может рассчитывать на часть электората такого правого кандидата, как Дюпон-Эньян - у него около 4,5% голосов, и это те проценты, которых не хватило Фийону, чтобы прорваться во второй тур выборов. То есть, за Дюпон-Эньяна голосовали более правые избиратели, чем за Фийона, они более совместимы с Ле Пен, но их, опять-таки, не так много.
Поэтому если посмотреть сейчас на опросы, то они все дают Макрону очевидную победу в будущем, и должно произойти что-то экстремальное, какой-то грандиозный скандал, чтобы Ле Пен получила реальный шанс.
Избранный в прошлом году папа Лев XIV – американец, но значительную часть жизни прослуживший в Латинской Америке. И избирали его кардиналы на конклаве, имея в виду именно близость будущего папы к нуждам верующих из развивающихся стран. И Лев XIV всегда был далек от католических консерваторов, подобных Джею Ди Вэнсу, поддерживающих Дональда Трампа. Конфликт между президентом и папой в этих условиях был лишь делом времени.
Комментарий Алексея Макаркина:
Ватикан в последние столетия воздерживался от одобрения войн, и Лев XIV продолжает этот курс. Но для Трампа любая критика в адрес него и его команды является неприемлемой – для него внутренняя и внешняя политика являются частями «священной войны» против многочисленных врагов. США могут давить на Ватикан, угрожая сокращением финансовых взносов католических спонсоров из Америки – но эти спонсоры придерживаются разных взглядов и далеко не все они на стороне Трампа. А Лев XIV может исходить из того, что Трамп все равно уходит в январе 2029 года, а папа останется понтификом и при следующих президентах. →
Смена власти в Венгрии, скорее всего, приведет к разблокировке европейского пакета помощи Украине и придаст нынешним лидерам ЕС уверенности в борьбе с правыми популистами. А еще, считает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин, история Виктора Орбана хорошо показывает, как политик, пришедший к власти на волне усталости общества от несменяемой элиты, в конце концов сам стал жертвой запроса на обновление.
Комментарий Алексея Макаркина:Тем не менее после выборов Мадьяр подчеркнул, что Венгрия хочет «снова быть европейской страной». Так что, несмотря на публичную негативную позицию «Тисы» по отношению к финансовой поддержке Украины, Венгрия вряд ли продолжит блокировать европейский кредит Киеву в объеме €90 млрд, а также очередной пакет санкций против России. В то же время Будапешт, скорее всего, не захочет сворачивать выгодные для него экономические связи с Россией, однако они утратят личностный аспект. Новым лидерам придется выстраивать отношения с Москвой, где за долгие годы привыкли общаться с предельно прагматичным и хорошо знакомым Орбаном. →
Одно из брюссельских изданий на прошедшей неделе доложило читателям, что есть мнение, что Эммануэль Макрон – все. Оставаться ему на посту еще год, но ядро его команды в Елисейском дворце уже разваливается, ближайшие помощники побежали в разные стороны, преимущественно на теплые местечки в госучреждения. И брошенному соратниками президенту волей-неволей придется оставить привычку к амбициозным затеям глобального масштаба, коротая оставшееся время за разруливанием проблем невысокого уровня.
Комментарий Алексея Макаркина:До 2027 года Макрон – президент Франции, это раз. Во-вторых, когда президент заведомо не переизбирается, то достаточно часто, вне зависимости от рейтинга, а у Макрона сейчас рейтинг небольшой, люди начинают расходиться, потому что понимают, что дальше надо думать о собственном трудоустройстве. Это «бегство» на самом деле, обусловлено разными причинами. →
Парижские, а следом и брюссельские издания обратили внимание, что главный претендент на пост президента Франции на выборах 2027 года, представитель ультра-правой партии «Национальное объединение» Жордан Барделла явно не скрывает отношения с наследницей одной из крупнейших королевских династий Европы, Марией-Каролиной де Бурбон де Де-Сисиль. Парижский Paris Match опубликовал их совместное фото во время прогулки на Корсике. До этого они попадали в объективы видеокамер в январе в ходе одного из публичных мероприятий. Будущий кандидат-фаворит в ответ на прямые вопросы отрицать романтическую связь избегает.
Комментарий Алексея Макаркина:Барделла нужны эти избиратели: респектабельные, солидные, либо люди свободных профессий, с высоким уровнем доходов. Это врачи, адвокаты, преподаватели, либо люди из предпринимательской среды, менеджеры. Но эти люди, боятся фамилии Ле Пен. И поэтому Барделла здесь и делает, на мой взгляд, рациональный политтехнологический ход. Рациональный вдвойне. Потому что, во-первых, он показывает, что он связан с аристократией. К аристократии вообще французские буржуа обычно относятся неплохо. Это их предки, может быть, которые когда-то, покупали национальное имущество, потом окончательно закрепили все за собой при Наполеоне. →
Лидеры Евросоюза рассчитывают на поражение Виктора Орбана. А вице-президент США Джей Ди Вэнс специально посетил Будапешт, чтобы поддержать венгерского премьера.
Комментарий Алексея Макаркина:Символом номенклатурного бизнеса и стала супружеская чета Феликса Дюрчаня и Клары Добрев. Дюрчань – бывший комсомольский функционер, ставший миллионером, одним из богатейших людей Венгрии, затем лидером социалистов и премьер-министром. В 2006 году он расслабился на закрытом заседании партийного актива и сообщил своим соратникам, что сознательно вводил избирателей в заблуждение: «Мы, очевидно, лгали последние полтора-два года» и «Мы лгали утром, вечером и ночью». После этого Венгрию охватили массовые протесты во главе с партией Орбана. Правительство удержалось, но с тех пор социалисты проиграли все общенациональные избирательные кампании. Добрев – внучка Антала Апро, бывшего члена политбюро ЦК ВСРП. Апро вместе с Кадаром входил в четверку венгерских коммунистических лидеров, выступивших на стороне СССР против Имре Надя в ноябре 1956 года. Позднее он руководил судом над Надем и его соратниками, который завершился смертными приговорами. Мать Клары Добрев была заместителем министра внешней торговли в последнем коммунистическом правительстве, а затем занималась бизнесом. Перед выборами 2022 года венгерская оппозиция провалила кандидатуру Добрев на праймериз, отдав предпочтение провинциальному правоцентристскому политику Петеру Марки-Заи. Однако оппозиции тогда это не помогло – партия Орбана все равно заявляла, что под прикрытием Марки-Заи к власти пытаются вернуться Дюрчань и Добрев. В ходе нынешней избирательной кампании главный конкурент Орбана - Петер Мадьяр, бывший член Fidesz, а затем лидер партии Tisza – отказался от любого сотрудничества с Дюрчанем и Добрев, которые развелись в 2025 году. Сейчас Дюрчань ушел из политики, а Добрев возглавляет собственный избирательный список без шансов на успех. Так что Мадьяр не только подобно Марки-Заи стремится презентовать избирателям соединение либеральных и консервативных идей, европейской и национальной идентичностей. Но и при этом избавился от политического балласта, способного утопить любого кандидата. Что у него получится, станет ясно уже в ближайшее время. →
ЛДПР готовится отметить 80-летний юбилей покойного основателя партии Владимира Жириновского. Он родился 25 апреля 1946 г., а умер 5 апреля 2022 г. Совокупно по всей стране запланировано более 10 000 мероприятий – от научно-экспертных форумов и образовательных программ до культурных акций, сообщила «Ведомостям» пресс-секретарь председателя ЛДПР Элеонора Кавшар.
Комментарий Алексея Макаркина:Такое чествование политика на государственном уровне способствует нарастанию симпатии не только непосредственно к Жириновскому, но и к ЛДПР, отмечает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. Тематические мероприятия логично помогают сохранению интереса к Жириновскому, что перерастает и в интерес к партии в преддверии выборов в Госдуму: «Голосование за ЛДПР – это в немалой степени до сих пор мемориальное голосование за Жириновского». →
Россия усилила сотрудничество с Мадагаскаром, укрепляя свои позиции в Африке. Об этом пишет издание Bloomberg. Политолог Алексей Макаркин подчеркивает, что Россия активно налаживает связи с африканскими партнерами, ориентируясь на сотрудничество в сфере добычи полезных ископаемых. Действия Москвы, по мнению, эксперта вызывают раздражение европейцев.
Комментарий Алексея Макаркина:«Россия сейчас активно действует в Африке. Это стоит рассматривать в общем контексте: она выстроила отношения с Мали, Буркина-Фасо, Нигером – странами бывшей французской Африки, а также с ЦАР. Отношения с Мадагаскаром вписываются в эту картину. →
В Иране получилось сложнее. Среди населения выросли антиамериканские настроения – чем больше Дональд Трамп угрожает вогнать страну в каменный век, тем меньше даже симпатизанты нелегальной монархической оппозиции считают, что США выступают в роли освободителей. В то же время внутри иранского истеблишмента существуют серьезные разногласия. Это связано не только с реакцией на войну, но и с разным представлением об образе желаемого будущего.
Комментарий Алексея Макаркина:КСИР стоит за продолжение вооруженного противостояния, рассчитывая подорвать престиж Трампа и ослабить США настолько, чтобы война стала моральным и политическим поражением Америки. Иран для него и сегодня, и в обозримом будущем – это центр сопротивления империализму и сионизму, что требует постоянной общественной мобилизации. Соседи по региону, сотрудничающие с США, при таком подходе – однозначно противники. →
Глава правительства республики и пять его заместителей, включая министра по национальной политике Ахмеда Дудаева, заявились на предварительное голосование «Единой России» по отбору кандидатов в Госдуму. Часть из них также участвуют в праймериз для выборов в парламент Чечни. По списку идут премьер Даудов и вице-премьер Дудаев, остальные заявились на Чеченский одномандатный округ.
Комментарий Ростислава Туровского:
Эксперт Ростислав Туровский отметил: «Думская карьера интересна не всем, но всем интересно зафиксировать свой статус в элите. Это отражает и неполную определенность с тем, кого партия будет выдвигать». →
За последнее время экспертное сообщество все чаще обращается к этой теме. Во многом этот интерес вольно или невольно «подогревает» сам глава «белого дома», избегающий любых комментариев по данному поводу. И эта затянувшееся неопределенность только порождает новые версии и слухи.
Комментарий Ростислава Туровского:Думская кампания всегда удобный повод для губернаторских замен как до кампании, так и после нее, считает вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский: →
