20/02/2018
СМИ сообщают об обострении обстановки в Сирии, о некоторых технических новшествах на сирийских базах РФ, вводящихся в связи с недавней атакой дронов на российские военные объеты, а также неофициально - о возможной замене командующего российской группировкой в Сирии.
Комментарий Алексея Макаркина:
В Сирии происходит достаточно сложный процесс. С одной стороны, понятно, что война продолжается. Да, было объявлено о том, что она завершена и российские войска уходят. Но наделе все еще не закончено, причем не закончено на официальном уровне.
Решить проблему путем только частных военных компаний при какой-то минимальной поддержке, наверное, не удается. Это во-первых. Во-вторых, очевидно, что борьба сейчас в Сирии идет не против ИГИЛ, запрещенной в России. ИГИЛ как силы, которая контролировала бы значительные территории в Сирии, уже не существует. Эта организация еще есть в подполье, возможны рецидивы (и опасные), но территории она больше не контролирует.
Борьба идет за контроль над территорией страны. И здесь произошла очень важная вещь - впервые произошло столкновение России и США. Правда, оно произошло в том формате, который не предусматривает каких-то необратимых последствий, но оно произошло. И то, что случилось, выявило целый большой комплекс проблем. В частности, проблему координации между официальными и неофициальными структурами.
Потому что, насколько можно судить по поступающим сообщениям (а их сейчас довольно много), когда условные «вагнеровцы» пошли в наступление, они были уверены, что им окажут воздушную поддержку. И объяснение военных, что на деле это было наступление против «спящей ячейки» ИГИЛ, эту поддержку легитимизировало. Раз это ИГИЛ, то по ней можно наносить удар с воздуха.
Но этой поддержки не последовало. Почему это случилось и как — это вопросы, ответы на которые мы узнаем разве что когда-нибудь потом из воспоминаний участников. Но в любом случае стало ясно, что проблема координации вышла на первый план и поставила вопрос о смене командования.
Есть и еще одна проблема: если даже мы абстрагируемся от того, что происходит на востоке Сирии, то есть еще север. Там ситуация носит запутанный характер: там турки решают свою извечную задачу - стараются не допустить создания курдской автономии; они пытаются создать «зону безопасности»; а курды там обращаются за поддержкой к Асаду - потому что для них, конечно, зло, но меньшее зло, чем турки. И уже идут разговоры о том, что, может, стоит обменять пресловутый завод под Дер-эз-зором, на который шло наступление, на такую поддержку. Но при этом общая проблема Сирии (как и многих других стран в случае подобных конфликтов) - в том, что никто никому не доверяет.
Турция заинтересована в том, чтобы Асад заместил собой курдские формирования. На этих условиях Турция готова закрыть глаза на вхождение Асада в Африн. В свою очередь курды заинтересованы в том, чтобы Асад им помогал, и чтобы его формирования боролись с турками вместе с курдами (либо хотя бы выполняли стабилизирующую роль, не позволяли туркам идти дальше). Как совместить эти позиции, пока неясно. Наверно, можно провести в Африне некие разделительные линии - но это тоже очень сложная задача, которая не может быть решена без участия российского командования (а оно, как мы знаем, поддерживает Асада). Возможно, это вторая причина того, почему встал вопрос о замене командования, так как придется решать не только военные задачи.
Ну и плюс - есть вопрос о том конгрессе, который был в Сочи и на который большая часть сирийской оппозиции не приехала. Он показал, что война будет продолжаться. Есть один из пригородов Дамаска (он называется Восточная Гута) - там сейчас возобновляются бои. Совершенно не решена проблема Идлиба, где есть огромное количество разных интересов - и протурецких оппозиционеров, и других представителей оппозиции, и Асада, и России, и Ирана, да кого угодно!
То есть, вот какой существует комплекс проблем, и вряд ли он будет решен в какой-то обозримой перспективе. Потому что, как мы видим, военного решения проблемы добиться очень сложно, есть масса препятствий. Плюс есть масса интересов, из-за которых стороны сегодня враждуют, завтра пытаются договориться, послезавтра снова враждуют. То есть тут нет такой жесткой схемы «мы - они». Так что заявления о том, что война закончена, оказались явно преждевременными.
Так что, может, будут какие-то переброски отдельных воинских частей (разумеется, контрактников), но не очень много. Потому что вовлечение в широкомасштабную войну, столь похожую на афганскую, - сейчас тема, на мой взгляд, для российской власти невыгодная. Это запредельно рискованно по целому ряду причин: там и американский фактор, и возможные потери, и так далее. Поэтому, наверное, будут попытки решить хотя бы часть этих проблем с теми силами и средствами, которые есть. Возможно, с некоторым усилением.
Но тут главное - какая именно задача ставится, а она же официально не объявляется. В этом еще сложность - в том, чего мы хотим. Если мы хотим спасти Асада, то эта задача решена, но в случае ухода России она снова может встать на повестку дня. Если мы хотим помочь Асаду восстановить контроль над территорией страны, то, как мы видим, уже при первых попытках решить эту задачу, мы сталкиваемся с огромными проблемами. А если есть задача (возможно, более реалистичная) принудить оппозицию к уступкам, вынудить ее пойти на компромисс на условиях Асада, то, как мы видим сейчас, эту задачу тоже решить крайне сложно. Идет постоянное столкновение с интересами разных группировок и других стран.
Фактически, речь идет о разделе Сирии на сферы влияния. Попытка пересмотра этого раздела влечет за собой вполне очевидные последствия, мы их наблюдали. А если подключить сюда регулярные войска, то это уже ситуация практически как на Балканах и балансирование на грани большой войны - чего, опять-таки, никто не хочет.
Поэтому и получается, что здесь проблема - в целеполагании, в том, чего конкретно хотят. Потому что если раньше официально декларировалось, что цель — это борьба с ИГИЛ, то сейчас с целями, и с официально декларируемыми, и с реальными, довольно большие проблемы.
13 мая ушли в отставку глава Белгородской области Вячеслав Гладков и глава Брянской области Александр Богомаз. Президент Владимир Путин назначил их преемников: Александра Шуваева (Белгородская область) и Егора Ковальчука (Брянская область) которые проработают в ранге временно исполняющих обязанности до сентябрьских выборов.
Комментарий Ростислава Туровского:
Вице-президент Центра политических технологий Ростислав Туровский отмечает, что Кремль сделал ставку на укрепление властной вертикали в Белгородской и Брянской областях, о чем свидетельствуют персоны новых назначенцев – силовик с опытом участия в СВО и опытный уральский чиновник, работавший в ЛНР. Стоит ожидать, что новая управленческая модель нацелена на более жесткий федеральный контроль, учитывая также факты коррупции в прежних командах. →
Бывший пресс-секретарь Владимира Зеленского Юлия Мендель дала интервью, в котором рассказала о наркотической зависимости президента Украины и его личном одобрении коррупционных схем в стране. Разговор был опубликован вскоре после того, как были предъявлены обвинения экс-главе офиса главы государства Андрею Ермаку. Лишится ли Зеленский своего поста на фоне громкого скандала, разбиралась Москва 24.
Комментарий Алексея Макаркина:
Однако первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин убежден, что между публикацией интервью Юлии Мендель и обвинениями в адрес Андрея Ермака нет никакой связи. В беседе с Москвой 24 политолог обосновал это тем фактом, что Такер Карлсон находится в серьезном конфликте с Трампом и не является политической фигурой, которая оказывает влияние на процессы в Белом доме. Наоборот, он вызывает у американского лидера раздражение своей критикой, отметил эксперт. →
Эксперты оценили активность партий на прошедшей неделе.
Комментарий Алексея Макаркина:У «Eдиной России» близится к завершению регистрация на праймериз, и у экспертов есть повод порассуждать, кто будет баллотироваться, а кто нет. Праймериз для EР - это один из главных поводов заявить о себе в выборный год. Все партии на неделе реагировали на 9 Мая, который для россиян является одной из основ национальной идентичности, и здесь у EР ключевой проект - «Храним огонь Победы»: партийный проект по подключению газа к мемориальным комплексам. →
На прошедшей неделе в Париже состоялась полуконспиративная встреча представителей крайне правых европейских организаций, которая, судя по рассказу Jerusalem post, по форме была чем-то вроде межпартийной конференции, в ходе которой участники занимались уточнением своих позиций по наиболее болезненным проблемам – от американо-иранского противостояния и нелегальной иммиграции до организации конкретного митинга в Лондоне. При этом отдельная часть мероприятия была отведена дискуссии по энергетическому кризису, которая обнаружила едва ли не полное согласие выступавших в том, что снятие антироссийских санкций является насущной необходимостью для Европы.
Комментарий Алексея Макаркина: В общем, это в основном достаточно маргинальные силы, кроме Альтернативы для Германии. Просто здесь проблема в том, что АдГ слишком правая. То есть целый ряд крайне правых партий в Европе сейчас стремятся эволюционировать к центру. Стремятся показать, что они хотя и против элит, но не слишком радикальны и не отвязаны. Начала эту политику Марин Ле Пен в «Национальном объединении». То есть образ партии и ее основателя был де-демонизирован для французского общества. Партия стала приемлемой для немалой части среднего класса, и теперь она имеет шансы на победу на президентских выборах в следующем году. А с АдГ такой эволюции не получилось. Пока, по крайней мере. →
В СССР во многом под влиянием книг Юлиана Семенова бытовало завышенное представление о прозорливости некоторых деятелей рейха, заранее подготовивших себе пути отхода. В первую очередь, речь шла о Мартине Бормане. Однако правда оказалась иной – никаких домашних заготовок вроде бегства в Южную Америку у Бормана не было. Его влияние было основано на близости к Гитлеру – и оно рухнуло после смерти фюрера. При неудачной попытке прорыва из Берлина Борман покончил с собой. Но даже если бы он чудом вырвался из Берлина, то планировал отправиться на север к адмиралу Деницу – а там никаких перспектив у него не было. Дениц считал (как быстро выяснилось, совершенно неосновательно), что может договориться с западными союзниками, и бывшие нацистские бонзы первого ряда были ему только вредны. Список министров из завещания Гитлера (где Борман был «министром партии») он полностью проигнорировал.
Комментарий Алексея Макаркина:Гиммлер вместе со своей свитой метался по северу Германии, но будучи отвергнутым Деницем и понимая, что его арестуют свои же, решил пробраться через всю страну в родную Баварию, где мечтал отсидеться. Для этого он и другие эсэсовцы переоделись в форму рядовых и унтер-офицеров и обзавелись «свежими» документами сотрудников тайной полевой полиции, искренне не догадываясь, что затеряться с такими новенькими бумагами, к тому же подтверждающими принадлежность к репрессивной структуре, будет куда сложнее. Постепенно он растерял почти всю свиту, которую переловили английские патрули – когда его задержали освобожденные из плена советские солдаты, патрулировавшие территорию вместе с британцами, то вместе с Гиммлером оставались два офицера. →
В современном мире нет противоборствующих жестких коалиций, поэтому новая мировая война, похожая на Первую или Вторую мировую, невозможна. Она может быть только ядерной. Изменилась сама суть войны. Совместное участие государств в экономических и политических альянсах уже не гарантирует никому безопасности и не делает страны военными союзниками. Вице-президент Центра политических технологий, историк, политолог Алексей Макаркин объяснил URA.RU, чем отличаются конфликты наших дней от войн ХХ века.
Комментарий Алексея Макаркина:- В итоге, многополярность – это реально или нет? Или будет два-три полюса – Россия, США, Китай? →
Аэрофлот доставил частицы Вечного огня с могилы неизвестного солдата в города России и страны СНГ, написала компания в Telegram-канале. Перевозка состоялась 5 и 6 мая из аэропорта «Шереметьево».
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин заявил «Ведомостям», что церемония, связанная с частицей Вечного огня, может дополнить предстоящее торжество. Она не требует дополнительных мер безопасности, «зато может запомниться людям, как дополнительный знак уважения в памяти о Победе в Великой Отечественной войне». →
Согласно очередному рейтингу активности партий в медиапространстве, КПРФ лидирует во всех сферах, кроме федерального ТВ. Именно из-за минимизации своего присутствия там она уступает ЛДПР второе место. «Единая Россия» благодаря информповодам вышла на сверхдоминирующую позицию, а «Новые люди», оказавшись без таковых, упали. «Эфирную» зависимость показала и «Справедливая Россия»: если она есть в телевизоре, то ее медиарейтинг повышается – и наоборот. Так что ТВ пока сохраняет значение в качестве не только агитационного инструмента, но и электорального ресурса.
Комментарий Алексея Макаркина:Первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин сказал «НГ», что ТВ как инструмент донесения партийных позиций до избирателей эффективно как раз для старших поколений, то есть для ядерного избирателя КПРФ. И малоэффективно для более молодых групп, то есть периферийного левого избирателя. При этом старшевозрастные группы голосуют за партию вне зависимости от того, насколько часто ее показывают и насколько громки поводы. Но информационная блокада все-таки может отсечь от КПРФ часть периферийного электората. →
После резонансного совещания президента Владимира Путина с правительством, которое прошло 15 апреля и было посвящено экономическим вопросам, в Сети – преимущественно в Telegram-каналах, стали обсуждаться варианты отставки членов кабмина. Поводом для этого стала критика главой государства финансового экономического блока. Путин обратил внимание, что на протяжении двух месяцев макроэкономическая динамика снижается: валовый внутренний продукт уменьшился на 1,8% за два месяца с начала года, а промышленное производство, строительство и обрабатывающие отрасли оказались в минусе. «Рассчитываю услышать подробные доклады о текущей ситуации в экономике, о том, почему траектория макропоказателей пока находится ниже ожиданий. Причем ниже ожиданий не только экспертов, аналитиков, но и прогнозов самого Правительства, а также Центрального банка России», – сказал тогда Путин.
Комментарий Алексея Макаркина:. Политолог Алексей Макаркин убежден, что в Кремле их могут приурочить к парламентским выборам. «У нас есть такие практики, когда перед парламентскими выборами чаще случаются кадровые перестановки», – сказал заместитель директора «Центра политических технологий». →
Анализ майских акций КПРФ показал, что приоритетом партии осталась историческая тематика с уклоном в советскую ностальгию. А «Справедливая Россия» в ходе Первомая взяла роль как бы контролера над социальной сферой, продолжая множить и популистские инициативы социалистического характера. Хотя актуальная повестка обычно переигрывает мемориальную, это относится в основном к реально конкурентным кампаниям. Здесь же скорее всего наметилось разделение электорального труда, намекающее на жесткую модерацию политпроцесса. Выборные проценты КПРФ в сентябре опять, видимо, будут выше, чем у СР, хотя, возможно, уже и не в три раза.
Комментарий Алексея Макаркина:Однако, например, первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин обратил внимание «НГ» и на то, что коммунисты через историческую повестку обращаются к современной, мемориальная тематика – это для них точка входа в кампанию. То есть это более сложный подход к работе с избирателем, чем у эсэров. И он во многом оправдан тем, что для голосования за партии важны эмоции, а КПРФ как раз, апеллируя к прошлому, вызывает сильные эмоции. Кроме того, самый надежный электорат в России – это люди старшего и верхней части среднего возраста, которые с ностальгией вспоминают об СССР, в какой-то степени идеализируя это прошлое. Недаром у них популярен тезис «а раньше такого не было», или же, наоборот, «в СССР было лучше». В арсенале эсэров таких сильных эмоций нет, потому эта партия и проигрывает КПРФ по всем фронтам объективно. →
